Нам пришлось пожениться, и какое-то время мы даже играли роль идеальной семьи, но когда я выяснила, что мой муж перетрахал половину штата Массачусетс, пока я играла роль его идеальной примерной женушки, мое терпение лопнуло.
Наш брак и так продлился слишком долго. Целых шесть лет!
Это на год дольше средней продолжительности жизни ежа и на целых четыре года – осьминога.
Не спрашивайте, откуда у меня такие познания. Когда ты мать шестилетки, то владеешь слишком большим количеством ненужной информации.
В общем, хоть тут мне повезло, и теперь он стал моим бывшим мужем.
К слову, мужем он был конченым, но хотя бы отец из него вышел неплохой. В Лизи он души не чает.
– Папочка! – кричит Лизи и бежит в его объятия.
– Джесс, – кивает мне говнюк.
– Рик, – сдержанно отвечаю я.
– У тебя тут… – показывает кивком головы на пролитый кофе. И я едва сдерживаюсь, чтобы не вмазать ему.
А я, мать его, не заметила, что у меня на груди огромное пятно! Спасибо, что сказал, кретин.
Кидаю на него взгляд «поцелуй меня в задницу» и подхожу к Лизи.
Протягиваю ей рюкзак с коньками и гимнастическим костюмом для занятий фигурным катанием с Эбигейл и целую в макушку.
– Эбби обещала позаниматься с тобой немного дольше, а потом она привезет тебя домой. Я как раз уже должна буду освободиться.
– Кла-а-а-асс! – протягивает Элизабет. – Спасибо, мамочка! Обожаю Эбби!
– Я знаю, гномик. Будь умницей! Я тебя люблю! – кричу им вслед, когда они выходят за дверь.
Смотрю на часы, которые уже показывают без пятнадцати пять, и, простонав, лечу в гардеробную, чтобы переодеться.
Замечаю, что кофе попал не только на блузку, но и на лифчик. Выругавшись, в спешке раздеваюсь, бросаю вещи на пол и надеваю темно-синюю шифоновую блузку без рукавов. Хватаю папку с портфолио с барной стойки и выбегаю из квартиры, хотя бегом это сложно назвать, скорее плетусь как улитка, учитывая высоту моих каблуков, и ловлю такси.
За окном автомобиля проносится шумный Лос-Анджелес, многочисленные стеклянные здания которого светятся в лучах яркого солнца.
Так непривычно видеть осенний город таким – теплым и светлым. Осень в Бостоне всегда была мрачной и тусклой, а здесь, в городе грехов, все настолько наполнено светом, что кажется – на календаре лето, а не начало ноября. Не знаю, буду ли я восторгаться всем этим зимой, когда вместо снега на елях буду лицезреть лишь бесконечно тянущиеся вдоль дорог веерные пальмы, но пока… пока это вдохновляет меня и заставляет улыбаться.
