Поцеловались с ним в щечку…
Армия шла быстро. Мои интенданты старалась во всю. На каждой ночёвке уже были готовы котлы с горячей едой. Войско останавливалось, ело и спало. Утром в путь. Всё работало как часы. Не даром я столько времени потратила в свой Корпус. И он себя начал оправдывать. Корпус, это не только солдаты, это ещё и интенданты и снабжение армии. К Динабургу мы подошли за трое суток. Его штурмовали. Гарнизон крепости сопротивлялся. Как только литвины с поляками увидели подход войск, штурмы прекратились.
Мне разбили мой шатёр. Фрося там суетилась. Сейчас, когда Дарёнки не было рядом, она взяла на себя все мои дела по комфорту. Ходила ругалась, при этом уже не робела перед боярами и князьями, настаивала и сама приносила мне еду. Я сидела и смотрела на карту. Думала. Пришёл Георг фон Фрунсберг и… Герцог Баварский Вильгельм IV.
— Ваше Величество?
Фрося пробурчала недовольно.
— Всё ходят тут, окаянные. Не дадут матушке отдохнуть.
— Георг, проходи. Герцог? Ты тоже проходи. На Фросю не обращайте внимания…
Герцог Баварский, Вильгельм IV.
Пришёл ко мне накануне выхода войска из Вендена.
— Ваше Величество. Я Вам обещал, что мои рыцари Баварские в Вашем распоряжении.
— Вильгельм, друг мой, проходи. Вина выпьешь? — Мы ещё находились в Венденском замке. Он прошёл, сел в кресло, на которое я ему указала. — Я запомнила что ты мне говорил.
— Тогда почему не сказала мне, что у тебя война с поляками?
— Это моя война, Вильгельма, друг мой. Не твоя.
— Я не смогу остаться в стороне. Прошу тебя, разреши мне и моим рыцарям участвовать в этом.
— Ты уверен, что тебе это надо, Вильгельм?
— Уверен.
— Хорошо. Сколько сейчас ты можешь выставить войск?
— Сейчас, пять тысяч. Две тысячи конницы и три тысячи пехоты. Если подождёшь дней семь, то и все десять тысяч.
— Ждать я не могу. Хорошо, пять тысяч. Но, должна тебя предупредить. Никакой отсебятины. Если кто из твоих рыцарей захочет проявить храбрость иди доблесть без моей приказа, я такого просто повешу на суку на первом. Ты понимаешь, о чём я говорю? Все подчиняются моим приказам и делают то, что я хочу, а не они хотят.
Вы наступаете или ввязываетесь в бой только тогда, когда я вам разрешу это сделать. Если по иному, то лучше пусть твои рыцари остаются дома. Повторюсь, Вильгельма, все кто нарушит мой приказ, мою волю, я вздерну на виселице, и не имеет для меня значения кто он и какого он титула.
— Я согласен. Никто из моих рыцарей не двинешься с места, пока ты не отдашь своё повеление.
