И едой на твоем месте я бы не раскидывался. Питаться будешь три раза в день.
С этими словами он отвернулся и легкой походкой вышел из бассейна.
Онемевший Женя долго стоял не шевелясь. Две личности его крестного никак не складывались в одну, так же, как и ситуация не влезала ни в какие рамки. В голове мысли были настолько хаотичные, что напоминали молекулы закипающей жидкости. От высыхающей воды кожа начинала зудеть, на холодном кафеле мерзли ноги, а мочевой пузырь, полный со вчерашнего дня, требовал опустошения.
Посмотрев на скованное наручниками запястье, парень скривился: он терпеть не мог синяки на своем теле наравне с засосами. Леше он всегда запрещал себя хватать за бедра, а за отметины на теле ругал. Почему именно сейчас он об этом вспомнил, Женя не знал. Проводить аналогию своего положения с сексом было странно. Потоптавшись еще немного, парень посмотрел на оставшиеся бутерброды и недопитый Максом кофе, и пожалел, что разбил свою чашку – есть действительно хотелось. Извернувшись, он ногой подтащил к себе стул с подносом и принялся быстро запихивать в рот остатки завтрака.
Обычно с похмелья мучил жуткий голод, и два бутерброда его, естественно, не утолили, но других вариантов не было.
Через час, когда Женя уже думал, что скоро превратится в ледяную статую, а мочевой пузырь лопнет, за окном появился высокий силуэт его мучителя. Парень поднялся с пола, на котором пытался устроиться, и напряженно замер. Макс вошел в полутемное помещение с ведром в руках, вновь оставив дверь открытой.
Проникающий воздух на этот раз показался Жене теплым. Крестный медленно приближался, на его лице играла легкая улыбка. Одежда на нем была уже другая, видимо, после пробежки он принял душ. И в глазах затаилось странное ожидание. Он окатил Женю таким взглядом, что тот только сейчас отчетливо понял, что на нем нет даже трусов. Неосознанно прикрывшись одной рукой, парень сглотнул и задался вопросом, зачем его раздели, ведь поливать из шланга можно было и в одежде.
– Я в туалет хочу, – заявил Женя.
– Вот тебе для этих целей ведро, – поставил оное рядом с крестником мужчина.
– Ты издеваешься?!
– Нет. Я не смогу сидеть тут с тобой целый день.
– Ты, что, собираешься меня здесь держать круглосуточно?!
– Только дошло? – странно удовлетворенно улыбнулся Макс и задумчиво почесал гладковыбритый подбородок. – Вообще, ты же в бассейне, так что можешь писать прямо на пол. Потом смоем.
– А если мне… не только?
– Тогда в ведро.
