Многие покупательницы выбирали платья шестого размера и спрашивали, не может ли Сара «чуточку расставить швы». Иными словами — сделать платье побольше размера на два. И Грег каждый раз уверял: «Конечно, может». Весь фокус заключался в том, что на складе он держал точно такие же платья, но больших размеров. Сара перешивала этикетки, укорачивала рукава и подолы, зауживала плечи, и Грег с обаятельной улыбкой демонстрировал покупательнице облюбованный наряд с цифрой шесть на этикетке.
Проблема заключалась лишь в одном: Сара была вынуждена не только обманывать покупательниц, а она этого терпеть не могла, но и довольствоваться ролью портнихи.
— Только до тех пор, пока мы не встанем на ноги, — уверял Грег. — Тогда мы купим дом за городом, как ты всегда хотела. Обзаведемся десятком детишек, и ты больше не вспомнишь про швейную машинку.
Мечта была восхитительной, Сара стремилась к ней изо всех сил — даже теперь, когда Грег, ничего не объясняя, вдруг покинул город, оставив ее в одиночку заниматься переделкой двадцати пяти купленных нарядов.
Хорошо еще, что вопрос со свадьбой уже улажен, думала она, и все благодаря организаторскому таланту Грега. В сущности, самой Саре осталось лишь выбрать платье, а она решила выйти замуж в фамильном свадебном наряде. Грег заявил: «Предоставь все мне. Я точно знаю, что тебе понравится». И Саре, заваленной работой, осталось лишь поблагодарить его.
Думая о том, что Грега не будет дома и на следующей неделе, во время традиционной шотландской ярмарки, Сара вздыхала с облегчением.
На ярмарку ей очень хотелось, но почему-то Грег не желал даже слышать об этом. Он сообщил, что она, конечно, может ради такого случая остаться в Эдилине, а он отправится в Нью-Йорк и купит билеты на бродвейскую постановку, которую она так давно мечтает посмотреть. А когда Сара возразила, что он нарочно придумал эту поездку, лишь бы не пустить ее на самое крупное значительное и шумное событие жизни города, он вскипел.
— А ты как думала? — закричал Грег.
— Я хочу постоянно быть рядом с тобой, но скажи на милость, как я могу появиться на этой вашей деревенской гулянке? Все твои друзья и родные ненавидят меня. И знаешь почему? Я же отнял у них безотказную рабочую лошадку!
— Никакая я не… — начала Сара, но тут же вспомнила, сколько раз повторяла эти слова. Иногда ей казалось, что она разрывается между любимым человеком и не менее любимым городом. И это, разумеется, выглядело нелепо.
