-Да, с твоими игрушками им пока рановато играть, - хрипло рассмеялась любимая.
Вновь повернувшись к Оксане, спрятал свое лицо в ее ладонях. Чувствуя умиротворение и покой, которых не испытывал никогда ранее, прошептал:
- Люблю вас!
Зажмурился, стараясь прогнать предательские слезы. Глубоко вдохнул. Выдохнул. Почувствовал, как ласковые пальчики осторожно проводят по моему лицу.
-И мы тебя любим.
Зоя
Сквозь сон услышала плач сына. Открыв глаза, посмотрела на часы. Время кормления.
-Лежи, Заинька, я сам, - прошептал Миша, возвращая меня на подушку.
Я благодарно улыбнулась. Через минуту муж менял подгузник Максимке. Весь процесс пеленания я созерцала со слезами на глазах. Сын для мужа был чем-то поистине чудесным. Вспомнила свои роды. Переживания Мишки, момент эйфории и счастья, когда малыша приложили к моей груди. Мишкино лицо, глаза, в которых стояли слезы, когда он впервые взял малыша на руки. Напрасно я переживала за сохранность больницы во время родов. Все прошло гладко. Ни один предмет мебели не пострадал, правда, персонал немного шарахался по углам при появлении моего мужа в больнице.
Но они уже привыкли к подобным выходкам буйных папаш.
Когда все процедуры по смене подгузника были завершены, муж принес сына в нашу кровать. Удобно устроив малыша, я начала его кормить. Увидев, с какой жадностью Максимка принялся за ранний завтрак, Миша рассмеялся.
-Дааа, знает толк наш мужик в этом деле, - заметил муж. Максимка схватившись крохотным кулачком за мою грудь, кряхтел.
Посмотрела на мужа. Он с умилением наблюдал за нами, переводя взгляд с сына на меня.
-Не слышала, как ты вернулся, - улыбнулась я.
-Да поздно уже было, вы спали, когда я пришел, - ответил муж, придвинувшись ближе и ласково поглаживая меня по щеке.
-Как заседание прошло? – спросила я, прикрыв глаза. От нежных прикосновений мужа по телу разливалось тепло.
-Отлично. Петру дали десять лет колонии, а Эльзе пять лет условно. Хорошо еще, что Кир успел записать весь разговор, иначе было бы трудно что-либо доказать.
Но если честно, я бы этой стерве лет десять тоже впаял, - серьезно сказал муж.
-Миш, не выражайся при ребенке! – одернула его я, - И потом у Эльзы ведь дочка.
-Вот только поэтому ей и повезло. И еще то, что с Ксюшкой все обошлось. Иначе бы Кир их обоих прикопал на окраине города, а мы бы помогли, - все еще хмуро произнес муж.
-Какой ты у меня страшный, - тихо рассмеялась я.
- Не страшный, а справедливый, - поправил меня Мишаня.
