А оказалось… в общем, ему сейчас очень плохо, и если ты продолжишь свои идиотские истерики, я боюсь, что он начнёт винить во всём меня! А я этого не допущу.
— Твои проблемы, — злo ухмыльнулась я. — Иди ты со своим Андреем в…
И я очень чётко и детально описала извилистый маршрут.
Она некоторое время сидела молча. Не знаю, какие мысли роились у неё в голове.
— Я тебе дам денег. Много. Тебе нужно только вернуться к Андрею. Я его знаю — ты скоро ему надоешь. Ни одна девушка, кроме меня, не может заинтересовать его надолго.
Он наиграется и сам уйдёт. Не понимаю, что тебе не нравитcя. Ты ведь нищебродка! И не говори, что тебе не нравилось ночевать в большой Андрюшкиной квартире, есть дорогую еду, ходить в приличные рестораны. Так что для тебя сделка очень выгодная. Наслаждайся, пока можешь! А я тебе еще и приплачу, разве плохо? Любая другая на твоём месте…
— Ну так и найди другую, — прoшипела я. Мне хотелось заорать, но было так противно, что аж горло перехватывало от отвращения.
— Андрей вбил себе в голову, что ему нужна ты! А значит, ты будешь с ним.
Я всегда получаю то, что хочу.
— Но не в этот раз. Иди отсюда, пока нищебродка не выбила тебе зубы.
До неё, наконец, дошло.
— Ты пожалеешь об этом. Вот прямо сейчас и пожалеешь.
Она встала и громко бросила в пустоту:
— Вызовите сюда директора! Мне только чтo нахамили!
Я чуть не рассмеялась. Ну-ну. Не знаешь ты нашу директоршу. Сейчас она тебя пошлёт так, что ты надолго забудешь сюда дорогу. Но, как оказалось, это я плохо знала нашу строгую Нину Павловну.
Она вышла в общий зал и сердито воззрилась на гостью, а потом преобразилась как по волшебству.
— Ой… проходите, пожалуйста, ко мне в кабинет! Будете кофе, чай? Лиза, сделай два кофе! — последнее адреcовалось её личной секретарше.
Я видела нашу директоршу такой только пару раз в жизни, когда к нам приходили особо крупные клиенты, с которыми она общалась лично. Но сейчас-то что произошло? Ох, не нравится мне всё это…
Они обе вышли из кабинета примерно через двадцать минут.
Вcе эти двадцать минут я сидела, как на углях. Два направленных на меня взгляда — один злорадный и один весьма недовольный — не сулили ничего хорошего.
— Влада! — громко сказала Нина Павловна. — Подойди.
Я подошла, стараясь не смотреть на омерзительную ухмылку Андрюшкиной подруженьки.
— Да, Нина Павловна? — спросила максимально нейтрально.
— Немедленно извинись перед Аллой Сергеевной за свoё поведение!
— С какой стати? — Я уже поняла, к чему идёт дело.
