Светильники, холодильники, амулеты от беременности, от чумы, да какие угодно артефакты — все нужны, и все стоят денег. Открыть артефактную мастерскую, и живи себе безбедно! Да, смешно… дворянин, открывающий лавку артефактов! Позор… лучше голодать.
А вот мне не позор! Мне наплевать! Господи, Создатель Всемогущий… сделай так, чтобы все от меня отстали! Чтобы я делал то, что хочу! Чтобы я открыл вот такую мастерскую, и клепал свои светильники, радуясь спокойной жизни! Найду себе девчонку из купчих или военных, женюсь — когда заработаю капитал — детей наделаем, и будем жить безбедно, ничего не зная о Тайной Канцелярии, о мастерах смерти, и о том, какой поток политического дерьма льется рядом, грозя смыть в канализацию!
Выбираю кровать — ту, что справа.
Она не застелена, как и вторая. Студенты еще не приехали — рано. Все съезжаются в последние три дня, а я приехал за неделю до начала учебы. Нет ни старшеклассников, ни первокурсников. Вернее — почти нет. Кое-кого я видел издалека, но особо не присматривался.
Разложил свои вещи на полки в шкафу, повесил запасной камзол. Больше у меня ничего нет. Два камзола, две пары штанов, трусы, носки, рубашки. Ну и туфли — само собой. Кстати, переобулся, в сапогах ходить жарковато. Да и провинциально — сразу видно дворянчика из какой-нибудь глухой дыры.
Теперь на склад за формой и постельным бельем — дверь запереть, ключ у меня. Второй ключ будет у товарища по комнате. Интересно, кто это будет? Уж ясное дело, что не какой-нибудь богатей из высших Кланов.
Скорее всего, такой же изгой, как и я.
Глава 2
Обед я само собой пропустил. Опоздал. Потому еле дождался ужина — голодный и злой. До ужина лежал у себя в комнате и смотрел в потолок, раздумывая о том, как жить дальше. И первое что пришло в голову — надо бы как-то денег добыть. Наставник выдал мне жалкие пять серебренников, которых в хорошем трактире хватит на пять обедов, не более того. А когда я искренне удивленный спросил — с какой стати такая жадность? — пояснил, что если я не сумею заработать денег в свободное от учебы время, то цена мне гнутый медяк.
Меня обучили всему, чему только можно было обучить, и я должен позаботиться о себе. Как? Это мое дело. А если не нравится — вон веревка, иди, и вешайся. Добрый человек мой Наставник…
Ужин ничем особым не удивил. Огромный зал был уставлен столами и стульями, занятыми меньше чем на одну сотую часть.
