Он подружился с несколькими ребятами и только подумал, что заживёт наконец тихо и мирно, но не тут-то было.
В один день к нему неожиданно пристал тот самый верзила, которого я проучил недавно. Сначала он пытался отбиваться, храбрился, ведь рядом с ними были друзья, как он считал. Однако в один момент они от него отвернулись и для него началось продолжение ада.
Что же, теперь всё это кончилось и он может спать спокойно. А вот для меня всё только начинается. И теперь уже мне придётся как-то уживаться с родственниками.
А может ну его? И махнуть куда-нибудь в горы, там тоже энергии полно. Немного поколебавшись, всё же отмёл эту имею в сторону. Мне нужен не только источник энергии, но и само графство не помешает. Ведь чем больше власти у меня будет, тем проще будет пробиться наверх. Аристократы уважают силу, но не любят, когда выскочки без рода и племени карабкаются на вершину.
Живот заурчал и я понял, что дико хочу есть. Кажется, пора бы и прогуляться. До момента, когда меня, как и остальных кадетов отсюда «выпнут», осталось всего два дня, а мне ещё нужно вещи собрать.
Поднялся и тщательно осмотрел своё тело, чтобы не было ни одного чёрного пятна на нём. Некроз тёмной энергии — тот ещё гемор. Избавиться можно, но крайне сложно, по этому лучше до этого не доводить.
Удовлетворившись тем, что всё в порядке, надел одежду, которая висела на спинке стула рядом. В кармане пиджака оказалось что-то увесистое. Вытащенным оказался чёрный кошелёк, честно спёртый у врага.
Пересчитал финансы. Всего восемь тысяч купюрами, плюс мелочь монетками двести сорок три рубля. Не густо, совсем не густо. Впрочем, у себя то я денег в принципе не обнаружил, так что радуемся тому, что имеем. Достал деньги и засунул их в карман штанов, туда же запихнул и номер Яны.
Выйдя в коридор, увидел мужчину, который и не пропустил моего братца внутрь. Высокий, в синей форме, лет тридцать, с усами, за спиной висит оружие, называемый автоматом Калашникова, в сокращении АК.
Кажется, это даже была модернизированная версия. Прошлый хозяин тела впитывал информацию, как губка, за что ему спасибо.
При виде меня, солдат ударил ударил себя в грудь кулаком правой руки.
— Доброго дня, господин Иванов!
Чего это он? Иванов? А, да, точно же. Всех инкогнито аристократов называли этой фамилией в кадетском корпусе, чтобы к ним не цеплялись
— Доброго дня, эээ, прошу прощения, не знаю вашего имени.
— Это не важно, господин.
