– Во-первых, сам граф к тебе не обращался, и появись ты там с таким предложением, это означало бы, что ты готов жениться на одной из его девчонок. А это, на сколько я знаю, не так.
Второе, в здешней глуши проявление заботы о делах соседа, если ты с ним не дружишь, считается проявлением слабости. И, наконец, третье, выдача денег под процент, есть суть ростовщичество, что является не дозволенным никоим образом занятием для человека благородного сословия.
Не беспокойся, сынок. Ты поступил правильно. Откровенно говоря, я даже побоялся вначале, что твое врожденное благородство возьмет верх и ты впустишь ее в дом.
Тогда нам было бы сложнее избавиться от нее.
Скажу откровенно, тратить силы, время и деньги на этих людей у меня нет никакого желания. У нас много своих вопросов, требующих решения.
– Например, создание новой сатрапии?
– И этот тоже. Думаешь, я совсем выжил из ума и уже не помню, что было написано в последнем письме Расула? Ошибаешься, сынок. Я его наизусть помню. Но ответь мне на один вопрос.
Где проще всего спрятать лист?
– В лесу, – улыбнулся Ал-Тор такой наивной шутке."
"– А где проще всего спрятать целую школу воинских искусств? В большом городе, – ответил старик на свой вопрос, – и этот город должны создать мы. Город, в котором будут установлены наши законы и наши правила. Где не будет продажных стражников, вороватых чиновников, где есть только одна власть, сатрап, относящийся к людям не как к скотам, а как к подданным, о которых он должен заботиться и оберегать, получая взамен их честное служение и преданность.
– Думаешь, такое возможно? – грустно улыбнулся Ал-Тор.
– Возможно, если власть этого человека будет опираться на клинки гвардии, а не на палки сборщиков налогов.
– А чем клинки лучше палок?
– Вспомни, что рассказывал Разман о временах своей жизни в Кортесе. Если обидели, иди к гвардейцам, они всегда помогут. Не к стражникам, не к судье, а к нам, гвардейцам. Именно на это мы, старики, и рассчитываем, создавая наш город. Топ-Гар день и ночь твердит новобранцам о чести гвардии, о преданности делу и роду, которому служишь, и можешь мне поверить, это не простые слова.
Уже сейчас, отправленные в патруль, эти мальчишки наводят порядок железной рукой и не допускают даже мысли о мзде или неправедном наказании провинившихся.
– Я не буду спорить с тобой, старина. Время нас рассудит. Просто меня постоянно гложет одна мысль. Все, что здесь создалось, все, что еще будет создано, сделано вами. Это все только ваша заслуга.
