Он понятия не имел, что делать дальше.
– Что дальше?.. – прошептал он.
– Жрать, – решительно ответил Джим. Тони понял и стал сминать листы, используя моменты, когда машина подпрыгивала на ухабах. Полицейский участок был все ближе, и следовало поторопиться.
Наконец друзья принялись пережевывать ламинированную бумагу, что было не так просто. Тони от волнения то и дело давился, а Джим быстро сжевал свою порцию протоколов и еще успел перемолоть заключение доктора Брюса.
Когда все показания были съедены, у Джима было такое ощущение, что он проглотил холодный булыжник.
Впрочем, свобода стоила таких жертв.
Машина сделала последний поворот и поехала к воротам полицейского отделения. И тут до Симмонса дошло, что показания остались в памяти блокнота и их легко можно восстановить. Он сделал страшные глаза и кивнул на решетку.
– Блокнот…
– Понял, – кивнул Тони. И уже значительно быстрее просунул руку между прутьев и перезагрузил память блокнота, уничтожив все, что на ней было.
6
Полицейский мини-вэн сделал еще один поворот, посигналил какой-то старушке, перетаскивавшей через дорогу кота на поводке, и въехал на огражденную территорию полицейского отделения.
– Ну вот, ребята. Вот вам начало длинного пути, – объявил капрал и засмеялся.
Когда большие ворота закрылись, Джима и Тони вывели из мини-вэна и сопроводили в отделение, где передали дежурному офицеру для оформления новых арестованных.
– Что у них, Уилл? – спросил у капрала лейтенант.
– Попытка изнасилования, сэр. Все протоколы и заключение экспертизы у меня уже здесь, – ответил капрал и похлопал по красной папке.
– Хорошо. Сажай этих ублюдков в камеру. В обед придет назначенный адвокат, и мы запустим это дело. Сегодня вторник?
– Да, сэр.
– Значит, еще до пятницы эти парни наденут полосатую робу.
– Ну конечно. А я что говорил, – заулыбался капрал. – Ну, идемте, парни.
Он вывел арестованных в длинный коридор и, проводив их к обычной с виду двери с небольшим глазком, отпер ее длинным ключом.
Камера была рассчитана на восемь человек, однако, кроме Джима и Тони, там оказался только один – бородатый узник, который выглядел так, будто неделю валялся в сточной канаве.
Заняв место в самом углу, он не переставая чесался, забираясь руками в самые неожиданные места.
Не зная, как себя вести, Джим и Тони сели на ближайшие к дверям нары.
Бородатый внимательно посмотрел на новичков и даже перестал чесаться. А потом спросил:
– Закурить есть?
– Нет, мы не курим, – ответил Тони.
– Сначала все не курят.
