Дрожащими от страха руками я приподнял платье, спустил плотные колготки и облегченно выдохнул, не обнаружив никаких выделений, не говоря уже о крови, которую так боялся увидеть на светлом белье жены.
– Вот телефон! – Сунул его мне в руки вернувшийся Андрей.
Набрав номер частной клиники, где также имелась скорая помощь, я быстро обрисовал им ситуацию и, получив уверение, что машина прибудет максимум за пятнадцать минут, завершил вызов.
– Присмотришь за ней? Я сейчас вернусь, – попросил я Андрея, вставая с дивана и направляясь на кухню за водой и мокрой тряпкой.
Радуясь, что, в отличие от многих мужчин, знаю, где у нас хранятся кухонные принадлежности, схватил из ящика новое вафельное полотенце и, смочив его в холодной воде, направился обратно.
Мальчишка сидел на моем месте, держа Нифу за руку, выглядя бледным и испуганным.
Поставив стакан воды на столик, я не стал прогонять мальчика, встал около головы жены и положил полотенце Нифе на лоб, надеясь, что это приведет ее в чувство.
Ее обморок напугал меня, ведь всю прошлую неделю она чувствовала себя просто прекрасно. Токсикоз, как и головокружение, больше не мучали ее, и мне было вдвойне страшно из-за этого внезапного обморока.
– Ихсан? Что случилось? – Удивленно моргнула Нифа, открывая глаза и оглядываясь по сторонам.
– Не двигайся, Золотко, – попросил я, удерживая ее за плечи, когда она попыталась встать.
– Ты упала в обморок.
– Ох, – прикрыла она глаза, кладя руку на висок. – Голова кружится. Должно быть, давление упало.
– Сейчас приедет врач, вот он и выяснит, в чем дело. Ты, главное, не волнуйся, – попросил я жену, убирая компресс в сторону. – Ну и напугала же ты нас! – Выдохнул я, садясь на колени около дивана.
– Андрюш, ты чего? Испугался, маленький? – Нежно спросила она, притягивая мальчишку за руку, которой он все еще цеплялся за ее ладонь.
– Угу, – прогнусавил он заложенным от слез носом, прижимаясь к ее боку."
"– Со мной все хорошо, не бойся и не плачь больше, – прикрывая глаза и гладя его по волосам, прошептала Нифа.
Откуда она брала все это?! Как могла думать о нем в то время, как сама чувствовала себя так плохо? Великодушие этой женщины никогда не перестанет меня поражать.
