Хорошо, что у меня не случалось ночных позывов по-маленькому.
- Я никогда тебя не освобожу. Ты всегда будешь моей, – все еще не открывая глаз и слегка поморщившись, пробормотал он.
- Знаешь, услышь тебя кто, решил бы, что тебе двадцать, а не сорок один, – хихикнула я ему в шею, оставляя там поцелуй.
- Мой возраст не имеет никакого отношения к тому, что ты моя. Будь мне двадцать или сорок, – сжав руки еще крепче, сказал Ихсан. - Все так и крутятся вокруг тебя, – пробурчал он недовольно.
- Да кому я нужна?! – Продолжала веселиться я, искренне не понимая, о чем он говорит.
- Мать двоих взрослых детей!
- Мне нужна, - тут же последовал ответ.
- Ну, если только тебе, - чмокнула я его в подбородок, как всегда умиленная собственничеством мужа.
- А еще тому типу, что пялился на тебя весь полет, – удивил меня Ихсан.
- Какому еще типу?!
- Тому, что сидел через проход. Так и норовил просканировать тебя, буквально съедая своими глазенками!
- Боже мой, Ихсан! – Стукнула я его, начиная уже во всю хохотать. – Ты когда-нибудь изменишься?
- Очень глупый вопрос, Золотко.
Все равно, что спросить, перестанешь ли ты быть моей…
Перестала. Я действительно перестала быть «его». Больше не чувствовала того, что было три года назад, так же лежа прижатой к мужу в кольце его крепких рук. Тот же город, те же обстоятельства, но другая я. Да и он другой. Незнакомец, когда-то бывший всем для меня. Сейчас же от его близости я испытывала лишь сожаление и боль."
"Минут пять уже лежала и вспоминала, как счастлива была в нашу прошлую поездку в эту страну.
Сейчас же счастья не было. И моего Ихсана - тоже. Того Ихсана, с которым я могла обсудить что угодно, зная, что буду им понята. От этого же нового мужчины хотелось просто отгородиться и забыть о его существовании.
Странно, но дома я ни разу не просыпалась в его объятьях. Возможно, потому, что не позволяла себе заснуть крепким сном, все время пребывая на чеку? Вполне вероятно.
Сегодня же я просто вырубилась, проспав несколько часов глубоким сном, которого мне так не хватало.
Попыталась растолкать наглеца, распустившего свои руки, но легче было сдвинуть гору!
- Ихсан! Пусти! – Возмутилась я, потеряв всякое терпение.
- Что-то не хочется, Золотко, – пробормотал он, продолжая, как ни в чем не бывало, обнимать меня.
Но я тоже хороша! Лежала тут, предаваясь воспоминаниям, вместо того, чтобы сразу растолкать наглеца!
- А по лицу хочется получить? – Спросила я возмущенно.
- Хочется, – вздохнул он, наконец, открывая глаза.
