И я сделала ему подарок.
– Но ты же… Ты же не знаешь, что там на ней было? Так?
Жанна вспомнила, что Стас надеялся на эту флешку, как на спасение. Она была орудием шантажа для кого-то. Возможно, даже на ней информация об убийце Алекса. Так что…
Так что Стасу это в любом случае поможет. Но Веронике об этом знать совсем необязательно.
Жанна натянула шубку, взяла в руки сумку с деньгами, которые ей теперь тратить было нельзя. Взялась за ручку двери и, перед тем как уйти, прошептала Веронике:
– Господи, какая же ты дура!
Как только дверь за ней захлопнулась, Вероника снова метнулась к шкафу.
Порылась в карманах, не помня точно, в котором из них нужно искать. Наконец, вытащила из внутреннего кармана испанской дубленки, купленной накануне, флешку. Чмокнула ее, как дорогую игрушку, и тут же потянулась к телефону. Номер нашла тут же. И ответили ей сразу. Но как-то безрадостно ответили, хмуро.
– Георгий Михайлович, необходимо встретиться, – проговорила Вероника загадочно.
– Это может оказаться очень важным для вас, для меня.
– Ох-ох-ох-ох… – запыхтел Окунев и разочарованно вздохнул. – Времени просто нет. Ну никак! А это как срочно? Может, завтра?
– Завтра может быть поздно! – Вероника покусала губы, не зная, насколько откровенной она может быть с этим симпатичным опером. Потом решилась. – Ко мне совершенно случайно попала одна вещица. Думаю, она вас заинтересует.
– Да? И что это?
– Флешка. Это флешка, которая хранилась в сейфе Алекса. Что на ней – не знаю.
Она выслушала все его возмущение, раздраженно закатив глаза под лоб. А как она к ней попала, где она ее взяла, почему сразу не рассказала о ней? Прослушала и спросила:
– Так она нужна вам или нет?..
Глава 21
– Вот и жить тут не живете, а мусору от вас, Игнат Иванович!
Глубоко запавшие от возраста, совершенно бесцветные, как бутылочное стекло, глаза соседки по лестничной клетке уставились на Володина.
– Простите, Алла Ивановна, не понял? – Володин запер дверь и тоже уставился на нее."
"– Мусорите, мусорите! – В ожидании намечающегося скандала скучающая от безделья пенсионерка алчно облизнула синюшные губы.
– Не понял! – чуть более грозно отозвался Володин и брезгливо сморщил лицо.
А ведь эта тетка наверняка его ровесница. Ей точно не более шестидесяти пяти.
