Я тебя, философ ты наш Павел, как нормальная, полноценная хреновинка с автоматом спрашиваю: Что мы с пацаном-то делать будем? Годится он нам на что или не годится?
– Да не годится, конечно! – с сердцем воскликнул Павел Петрович и прихлопнул по столу тяжелой ладонью.
– Ну вот так и понятно, – вздохнул Игорь Владимирович. – Так зови его сюда, как поест, и постарайся объяснить, чтоб он понял, и Корейцу при случае передал. Сам понимаешь, с Виталием нам ссориться совершенно не след…А то развели, понимаешь, философию…
Несмотря на всю философию, а еще точнее, вопреки ей, Павел Петрович был прав – Кешка не годился.
Потому что на месте бывшей военной части в глубине карельских лесов отставные военные производили очень специфическую, но тем не менее имеющую устойчивый спрос продукцию. Продукция эта, как и всякий уважающий себя секретный продукт, имела условное наименование «шарашки». За 4 года работы контора Павла Петровича произвела и удачно трудоустроила одиннадцать «шарашек». Рекламаций не было.
Заказы имелись до 2005 года. Кое-какие даже с предоплатой в твердой валюте. Так что безработица и инфляция коллективу не грозила. Можно было позволить себе и пофилософствовать. Иногда, в свободное от основной работы время.
– Игорь, но мы ведь его не прогоним? – серьезно спросил Павел Петрович минуту спустя. – Кореец напрасно гнать волну не станет, значит в городе мальчишка – не жилец. А у нас – всяко быть может. И не разболтает он ничего, по своим-то способностям.
Не прогоним?"
"– Как ты мог подумать?! – фальшиво удивился Игорь Владимирович. – Такой смышленый пацан. Может на первое время на кухне пригодиться…
Мужчины взглянули друг на друга и облегченно рассмеялись.
Глава 21
(Анжелика Андреевна, 1996 год)
Виталий присоединился к нам прямо на вокзале, в посадочной толкучке. Так и было договорено с самого начала. Электричка шла до Кузнечного и народу, желающего на нее сесть, было много. Среди них уже появились люди с лыжами. Наверное, за городом снега было больше.
Я напряженно выглядывала среди людей нашего сенсэя и только поэтому заметила ее.
Сначала не поверила своим глазам. Потом немного подумала и предпочла поверить.
Уже в электричке наклонилась к Олегу, прикрыла синей варежкой свои губы и его ухо и прошептала:
– В первом от двери купе, к нам спиной сидит моя ученица Женечка Сайко. Она следит за нами еще с вокзала, но, должно быть, и раньше. Никаких совпадений быть не может.
