— Покажите-ка ему все доказательства, — сказал Бренер, — потом обратно сюда!
Эдди вышел в сопровождении двух инспекторов, изображая полное недоумение и насмешливо пожимая плечами. «Почему они задержали Анну? Что она точно знала? Говорила ли она?» — терзался он.
Пять минут спустя его привели обратно. Теперь он был смертельно бледен и дрожал как осиновый лист.
— Мы знаем, что это ты со своими дружками спустил этих типов, — заявил Бренер. — Мы знаем, что это вы увезли дочь Блэндиша. У тебя есть еще единственный шанс спасти свою шкуру, Шульц.
Мы хотим забрать малышку из клуба. Скажи нам, как туда попасть, и я помогу тебе избежать газовой камеры. Ты получишь десять лет, но спасешь свою шкуру. Согласен?
— Я не знаю, о чем вы говорите, — пытался вывернуться Эдди.
— У меня нет времени спорить с тобой, Шульц!
— Но я вам говорю, что ничего не знаю! Я хочу связаться со своим адвокатом.
Бренер снял телефонную трубку.
— Немедленно ко мне О’Флагерти и Дугана! — приказал он и повесил трубку. — Эти парни очень злы на людей твоего сорта.
Из-за таких, как ты, О’Флагерти провел четыре месяца в госпитале, а Дуган потерял глаз. Мы оставили их у себя, так как они не представляли себе, что станут делать на гражданской службе. Но теперь они уже не на многое способны. Однако мы нашли им применение: они ненавидят гангстеров. Мне приходится иногда сталкиваться с типами, подобными тебе, которые отказываются говорить. Я отдаю их этим парням. Это здорово развязывает языки. Я не интересуюсь тем, как они этого добиваются, но одно совершенно железно: через два часа после их обработки люди выкладывают все.
А иногда и раньше, чем через два часа.
Эдди слышал разговоры об этих двоих, Ведь его приятели так отделали в свое время полицейских. Тогда много было разговоров об этом. При одной мысли, что ему придется иметь дело с такими гориллами, дрожь пробежала по его телу.
— Вы не имеете права делать подобное! — закричал Эдди.
Бренер зловеще улыбнулся.
— Все вы говорите одно и то же!
Дверь резко распахнулась, и два человека вошли в кабинет.
Тяжеловесы в униформе, с огромными мускулами, заметно выделявшимися под рукавами форменных кителей, жестокими лицами… Эдди покрылся холодным потом.
Они остановились у двери и молча смотрели на него. Дуган, с розовой впадиной вместо глаза, сжал свой огромный кулак. О’Флагерти, лицо которого было покрыто шрамами, а нос перебит, посмотрел на Бренера с надеждой.
— Дети мои, — обратился к ним Бренер, — представляю вам Эдди Шульца.
