А в седьмом эти… Ну, парочка, короче, за три часа заплатили…
– А четвертая машина чья? – спросил Терминатор.
– Так это моя…
– Давай ключи от третьего, второго и седьмого, – Васильев протянул огромную ладонь. – А потом незаселенные откроете.
Он натянул маску с прорезями для глаз и рта, приобретя и вовсе устрашающий вид. Может быть, поэтому администратор возражать не стал, хотя все его существо выдавало явное нежелание ввязываться в предстоящие события.
– Двое со мной в седьмой домик, по двое в третий и второй, – сказал Васильев в рацию.
– Контролируйте тыльную сторону, чтобы никто в окно не выпрыгнул.
– Принято, – ответил старший боевой группы, и черные фигуры выдвинулись по обозначенным точкам.
Деревянные ступени поскрипывали, это раздражало. Васильев поморщился и, осторожно вставив ключ, бесшумно повернул. Потом ударом распахнул дверь и, выставив пистолет, ворвался в комнату.
– Лежать! Руки вверх!
– Лечь, руки за голову! – привычно прогремели собры, врываясь следом.
Но тут и так все лежали.
Мужчина средних лет и молодая брюнетка, голые, раскинулись на смятых простынях.
Мужчина испуганно вскочил, демонстрируя пивной живот и складки на боках, поднял руки, потом послушно лег на пол и положил ладони на затылок. Он быстро и правильно выполнял команды: то ли имел опыт подобных ситуаций, то ли видел много кинобоевиков. Девушка осталась в постели, руки не поднимала, только натянула на себя простыню. Она не казалась очень испуганной.
– Предъявите доку… – Васильев осекся.
Девушкой оказалась Алена! Он видел ее несколько раз, когда забирал от нее Степанова. Однажды они ее подвезли. И хотя помнил он Алену не очень хорошо, но сейчас ошибиться было невозможно.
«Черт, вот дела! – подумал Терминатор. – Лицом к лицу в такой ситуации!»
Впрочем, он тут же вспомнил, что в черном комбинезоне и маске его не то что Алена, но и жена родная не узнает.
– Предъявите документы, девушка, – прокашлявшись для виду, продолжил он.
Прижав простыню к груди, Алена встала, прошла к креслу, где лежала ее смятая одежда, и полезла в сумочку.
Сзади она была обнаженной: длинные волосы рассыпались по белой прямой спине, узкая талия, округлые бедра, красивые ноги. На ягодице цветная татуировка – пчелка, летающая над цветком."
"«Хорошо, что Степанов сюда не поехал! Пристрелил бы ее, к чертовой матери. Или его. А может, обоих…»
– Вот, – целомудренно прикрывая грудь и живот простыней, она протянула паспорт.
