Но сейчас он так проникся этой мыслью, что мог думать только о том, как будет стоять рядом с Мэдди на палубе шхуны, несущейся на раздутых парусах по синему-синему морю, и как ветер будет трепать ее темные, распущенные волосы. Как он будет любить ее на белом прибрежном песке.
Наконец-то они смогут прогуляться по берегу моря.
– Какой сегодня день? – спросил Логан.
– Среда, – ответил Каллум.
– Еще не все потеряно, – решительно заявил Логан. – Я могу успеть на корабль до отплытия.
– Вот это дело, – одобрительно сказал Рабби, и его дружным гулом поддержали остальные.
– Пойду готовить твоего коня.
Каллум принес Логану китель, и Маккензи сунул руки в рукава. Ни шейного платка, ни нарядных чулок на нем не было, и времени наряжаться тоже.
– Как я выгляжу? – спросил он у Каллума, сунув левую ногу в сапог.
– Как кот после драки, – услужливо сообщил ему Каллум.
Логан пожал плечами. Что теперь поделаешь? Либо она примет его таким, как есть, либо не примет совсем.
– Подожди, – вмешался Монро, заступив Логану путь.
– Чтобы иметь хоть какой-то шанс успеть в Глазго до отплытия, вам надо было отправляться, – доктор вытащил часы и, глядя на них, произвел в уме кое-какие подсчеты. – Двенадцать часов назад. Это если вы поедете в карете. И, будучи вашим врачом, я не могу рекомендовать вам ехать верхом, принимая во внимание вашу недавнюю травму.
– Доктор ты или нет, – набычившись, прорычал Логан, – если тебе самому не боязно за свое здоровье, лучше мне не мешай.
– Как доктор, я вам ехать не рекомендую, но… – Монро задорно усмехнулся, – как ваш друг и товарищ могу лишь пожелать счастливого пути!
Логан благодарно кивнул.
– И все же, скорее всего вы не успеете.
– Я знаю. Но я должен попытаться. И если я приеду слишком поздно… – Логан сунул вторую ногу в сапог. – Пожалуй, я напишу ей пару писем.
– Письма? – раздался знакомый женский голос. – Я, кажется, что-то интересное пропустила, да?
Мэдди.
Никогда ей не забыть выражения его лица, когда он обернулся на ее голос.
Глаза у него были красные, словно он не спал несколько ночей подряд. И не брился он тоже несколько дней, не меньше. От него – на самом деле от них всех – пахло виски. Рубашка его была застегнута далеко не на все пуговицы, а волосы растрепаны. Без нее он совсем опустился.
И ей это нравилось. Она никогда не любила его сильнее, чем в эту минуту."
"– Ты здесь, – в полной растерянности пробормотал Логан и подошел к ней медленно, боязливо.
