Трудолюбивые узбекские пионеры работали на хлопковом поле, под палящим солнцем… впрочем, им осталось работать не так уж долго, скоро опытный реставратор снимет с картины верхний слой, чтобы расчистить автопортрет Слепневой, и от пионеров останется только воспоминание…
В этот момент дверь приемной открылась, и на пороге появился озабоченный Мясников в сопровождении нескольких человек из службы безопасности.
«Может быть, все-таки отдать ему браслет? – подумала Надежда. – Все же картина принадлежит ему…»
– Извините, Надежда Николаевна, – нетерпеливо бросил ей Мясников.
– Судя по всему, Георгий Шмелев действительно сбежал, так что нам сейчас придется заниматься его поисками. Так что, если у вас нет ко мне никаких срочных дел…
– Да я и сама уже хотела уйти, – заспешила Надежда. – У меня тоже времени мало!.. Кот некормленый, и муж скоро с работы придет…"
"«Шиш я отдам тебе браслет! – подумала она, выходя из приемной. – Надо же, когда я ему открыла глаза на его вероломных сотрудников, он меня внимательно слушал и на ус мотал, а как получил свое – так выставил за дверь… ну ладно, отдам браслет Нинке, он ведь по справедливости ей принадлежит…»
Она уже не вспоминала о домашних делах, на которые сослалась в приемной Мясникова.
Домашние дела – они на то и домашние, что никуда не денутся… Однако ей очень не понравился внимательный взгляд Сергея. С подозрением он на нее посмотрел – мол, всякого можно от этой тетки ожидать и на месте Мясникова он бы Надежду без наблюдения одну не оставил и просто так не отпустил.
«Ты – не Мясников и вряд ли им станешь…» – злорадно подумала Надежда и проскользнула к выходу.
«Спокойствие… – уговаривала себя она, бочком пробираясь по коридору, – только спокойствие… Так, где у них тут камеры?»
Она удачно миновала одну, затем, как заправский преступник, дождалась, когда камера над входом повернется в другую сторону, и выскользнула наружу.
Никто ее не остановил, и Надежда скорым шагом пошла прочь от офиса Мясникова, прижимая к боку карман, в котором лежал замшевый потертый мешочек с браслетом.
«Вы уж, господин Мясников, как-нибудь сами со своим сотрудником разберитесь, – она подавила попытку оглянуться, чтобы не вызывать подозрений, – а браслетик-то я приберу… Это – вещь наследственная, Нинкиной бабушке принадлежала, Нинке ее и отдам.
