Улыбнувшись, взяла в руки небольшой предмет, хранивший в себе вспоминания самого близкого человека, той, которую я больше никогда не увижу. Она больше не улыбнется мне, не погладит нас с Мишуткой ласково по голове, не обнимет, когда хочется плакать. Стерев с лица очередную порцию слез, открыла блокнот и пролистала несколько успевших пожелтеть страниц. Взгляд зацепился за знакомое имя, выведенное крупным шрифтом и подчеркнутое несколько раз, словно мама очень хотела заострить на нем внимание, и адрес рядом.
— Руслан Багиров, — прочла вслух, силясь вспомнить, где же слышала это имя.
Воспоминания ворохом пронеслись в мыслях. Ну, конечно!
В последние дни своей жизни мама постоянно твердила, что, когда ее не станет, мне следует обратиться к Руслану. Только я слышать ничего не хотела, не хотела признавать, что однажды ее может не стать, что я могу ее потерять. Я пропускала мимо ушей сказанные ею слова, отказываясь верить в то, что она может меня оставить…нас оставить. А потом она ушла. Тихо, во сне. Уснула и больше не проснулась.
И что мне делать теперь с этим адресом и именем? Что сказать человеку, которого в жизни своей никогда не видела. Как заявиться к нему и попросить помощи? И с чего мама решила, что он станет мне помогать?
Продолжая вчитываться в короткую надпись, пришла к единственному выводу: мне придется найти этого человека, я буду вынуждена просить у него помощи. Вот только слабо себе представляла, как это будет выглядеть. Что я ему скажу? Как объясню свой визит?
Взглянула на старенькие, потрепанные временем часы, висевшие в углу.
Четверть третьего. Будний день, каковы шансы, что я застану этого Руслана дома?
Не позволяя себе передумать, вскочила на ноги, схватила валявшийся на полу рюкзачок и побежала прочь из квартиры. Нельзя медлить, иначе я так и не решусь, буду мыкаться в поисках вариантов, а Мишеньку тем временем усыновит какая-нибудь ушлая семейка. И плевать всем на то, что у него вообще-то есть родственник. Все решают деньги и связи, абсолютно все, а у меня не было ни того, ни другого.
Забив адрес из записной книжки в поисковик, кивнула сама себе, в принципе, не так уж и далеко. Через двадцать минут трясучки в маршрутке я стояла у совершенно новой многоэтажки. Квартира в этом районе в таком доме мне могла только сниться. Мы никогда богато не жили: небольшая двушка в старенькой хрущевке на отшибе города, но этого было более чем достаточно. А сейчас у меня даже двушки той самой не было. Вообще ничего не было.
