— Да у вас все признаки истерии, граф Мармелайд.
— Будет тут истерия… — не стал опровергать он.
Запустил руки в волосы и застонал:
— Мне давно уже надо уехать. Я запустил все дела. И ничего не могу поделать, потому что мне не на кого оставить детей.
— А как же Ливия? Она же ладит с детьми?
— Ладит? Ну да, ладит. Как может холодная рыба ладить с огненной саламандрой. Я могу быть спокойным за безопасность Ливии, зная, что девочки ей не причинят вреда. Но не могу доверить детей Ливии.
— Мне жаль, правда. Я сочувствую вам.
Но как я буду выглядеть перед Розамундой? Ей нужна эта работа. Дайте ей шанс. Детей ей, во всяком случае, можно доверить.
— Вы уверены в этом?"
"— Ну, опыта у нее точно побольше моего. И желание есть. Поймите, быть няней чужим детям — не моя мечта. Я еще молода, меня впереди ждут еще свои дети, с которыми я успею понянчиться. А сейчас положить на это свою молодость… — Я поймала горький разочарованный взгляд графа и на миг снова пожалела этих чужих мне людей, но тут же отогнала ненужное сострадание.
— К тому же я человек ответственный и подхожу к своим обязанностям со всей серьезностью. Я знаю, что значит гувернер — это и друг, и учитель, и няня, и родитель в одном флаконе. Он должен подставить плечо, когда плохо, вдохнуть силы и уверенность, когда их нет, передать опыт и мудрость, которыми владеет. Чем владею я? Мне всего двадцать четыре года, какой у меня багаж? Я сама себя иногда ребенком чувствую. И у меня нет желания нянчиться с чужими детьми.
— Я понял. — Граф встал, играя желваками и стараясь не смотреть на меня.
— Извините, что отнял ваше время. Всего хорошего.
— Спасибо. И вам…
Отчего, ну отчего мне хочется остановить его, сказать, что я передумала, что я готова взять на себя их проблемы и жить их жизнью? Это чужие люди. И я им чужая. Я снова впущу в свое сердце тех, кто выжмет меня как лимон, а потом выкинет в мусорку, как уже однажды поступили со мной. Нет, больше я такого не допущу!
Глава 11
ЗВЕЗДНЫЙ ЧАС РОЗАМУНДЫ
С Розамундой мы увиделись через неделю.
Она отпросилась на вечерок встретиться с подругой за чашкой кофе.
В кофейне дядюшки Бонборино она произвела фурор. Ведь Розамунда первая из местных, кто задержался у графа больше трех дней и даже нашел общий язык с его дочерями-монстрами.
Бывшие кандидатки тоже пришли в кофейню и, не скрывая любопытства и зависти, пытались уязвить новую графскую гувернантку.
— О, Розамунда! — притворно обрадовалась одна из них, низкорослая рыжая толстушка.
