Резерв средней пехоты, на северный фланг утеса.
Семьсот пятьдесят воинов Купеческого батальона – сомневаюсь, что они пошлют против них псов. А потом я смогу отправить их вперед, снова захватить теснину.
В то же время она оглядывала войска. Прямо перед ней тысяча легких пехотинцев бригады Харридикта пересекли русло реки, и пильчатый строй Дикой Багровой добрался до ровной земли.
Навстречу им двигались пять клиньев Красной Маски. Прекрасно. Мы остановим атаку – залп баллист ослабит их северный фланг – и тут вступят средние пехотинцы Дикой Багровой; они развернутся во фланг.
Как ни странно, клинья оулов более-менее сохраняли строй, хотя держали значительную дистанцию от соседей – атри-преда решила, что, когда места станет меньше, клинья начнут мешаться, ломая строй. Держать строй на марше – в конце концов, это самый сложный маневр на поле боя. Значит, между клиньями возникнут слабые места. Возможно, пильчатому строю удастся разделить клинья.
– Боевые псы на утесе!
Она повернулась на крик.
– Странник подери! – Безумный лай, крики боевых расчетов.
– Второй резервный легион – Ремесленного! Вперед, бегом – рубите проклятых тварей!"
"Она неожиданно вспомнила виденное месяц назад – израненные, но живые, несколько животных на холме над лагерем оул’данов смотрят, как летерийцы убивают последнего из их хозяев. Дрожь суеверного страха охватила атри-преду: неужели теперь эти звери творят яростную месть? Проклятие, Биватт, забудь сейчас же.
Она увидела, что клинья оулов больше не жмутся друг к другу – не было необходимости, пока баллисты были выведены из строя.
И два северных клина разворачивались навстречу средним пехотинцам Дикой Багровой. Но это будет привычный бой – а оул’данам не хватит ни дисциплины, ни умения для такой стальной резни.
И все же Красная Маска ведет бой не по-оул’дански. Нет, тут что-то другое. Словно равнинный бой в миниатюре – то, как конные лучники разворачивались, перестраивались и снова перестраивались – тактика «бей и беги», только в малых масштабах.
Теперь ясно – но долго такое не протянется.
Пусть только его воины упрутся в ее бронированный кулак.
Оулы приближались к плоскому речному руслу – стороны сойдутся посередине, на плотном песке. Ни у кого не будет преимущества, никто не будет выше по склону – пока фронт не сдвинется. В ту или другую сторону – нет, не думай…
По земле снова пробежала дрожь. Глубокая, рокочущая, зловещая.
Из туч пыли между клиньями оулов вынырнули громадные тени и ринулись вперед.
Фургоны.
