– Нет, – не могу сдержать улыбку, потому что мне нравится его флирт. – Иди уже, тебя друзья заждались.
– Я не хочу уходить, не получив возможность найти тебя, – прямолинейно заявляет он. – Ты мне понравилась, Ася.
– Нет – значит нет, – твердо отказываю я, протискиваясь мимо него, чтобы встать из-за стола.
Это проверка, и мужчина ее проходит, не попытавшись остановить меня физически и не положив руки на мое тело, хотя я практически прижалась к нему грудью на секунду. Если еще раз настоит на своем, я дам номер, потому что мне нравится напор, а действительно уверенных в себе мужчин сейчас немного кругом.
Но Владимир меня разочаровывает.
– Ладно, – вздыхает он, рассматривая меня с ног до головы с каким-то сожалением. – Приятного тебе вечера, Ася.
И уходит. Просто уходит. Эх, чуть-чуть не хватило! Ну и ладно. Значит, это не то, что мне нужно.
Нахожу Ваню в баре и больно щипаю за обнаженное бедро, заставив удивленно подскочить.
– Это за то, что бросила меня, – говорю ей, заказывая у бармена еще один коктейль.
– Ну как он? – спрашивает она, оглядывая помещение.
– Слился. Сейчас допьем и снова танцевать. Мне пока слишком хорошо, чтобы идти домой.
– А я еще не нашла себе приличного варианта на ночь, – дуется она.
Но что-то мне подсказывает, что и не найдет, потому что всерьез не ищет. У них с Федом сложные отношения в духе ненависть-любовь, но я точно знаю, что она в последнее время спит только с ним. А еще, я думаю, что она его тайно любит, хоть и не признается в этом даже мне, а может и себе самой, потому что Федор Дубов тот еще засранец.
Мы отправляемся танцевать под новый зажигательный трек, а потом, я словно в каком-то сюрреалистичном сне, обернувшись, вижу в тусклом, прерывающимся свете прожекторов Кира всего в паре метров от меня. Он прижимает к себе крутящую бедрами красивую брюнетку, жадно целуя ее в шею, и что-то внутри меня переворачивается от этой картины. К горлу подступает тошнота и я быстро отворачиваюсь, но на подкорке уже отпечатались кадры крупным планом.
Его большие руки, мнущие круглую попку в откровенном платье, оголяющем шикарные длинные ноги, как у супермодели. Его рот на точеной, загорелой шее, мелькающий среди губ язык и растрепанные чужой рукой длинные светлые волосы на макушке, потому что по бокам у него все сбрито. Прическа, которая мне нравилась больше всего и которую он повторял ради меня из раза в раз.
– Ты чего? – удивленно смотрит на меня Ваня.
