– Его нельзя выпускать в октагон, бой будет нечестным!
– А он и не выйдет туда, – медведь сгреб девушку в объятия и тихо фыркнул в волосы. – Это сделаю я.
– Нет!
– Да, Ева. Я – твой мужчина. Мне бросили вызов, и я его принял.
– Но…
Ей хотелось орать, реветь, бить упрямого медведя в грудь. Ну что за дураки?! Какой бой?! Он ничего не решит и ни на что не повлияет! Это просто сумасшедшая идея чокнутого Веселова, а двое – на первый взгляд адекватных – мужиков повелись на нее, как сопливые подростки!"
"– Все, солнышко.
Я уже все решил. Давай собираться домой. Поздно уже, ты устала, – Евгений подхватил с дивана дамскую сумочку, обнял Еву за талию и железной рукой повел в сторону выхода, бросив подполковнику напоследок. – До завтра. На связи.
– Пока…
Адашев остался в ресторане, глядя вслед жене. Его прошлое уходило, его душа, сердце, что Ева бережно держала в своих руках, остались никому ненужными, словно сломанные игрушки, которые забыли выкинуть с детской площадки.
Балу вел машину, то и дело бросая взгляд на девушку.
Его зацепил момент, когда она встала на защиту интересов бывшего мужа, напомнила о его травме. Все верно, при таких вводных ни о каком честном бое разговор не шел, но сам факт заботы и беспокойства…
В душе мужчины острыми когтями орудовала ревность. Слишком много внимания тому, кто считался забытым!
Ева с трудом дождалась, пока они приедут и войдут в дом. Едва за ними закрылась входная дверь, она развернулась к мужчине.
– Даже не думай!
– О чем?
– О том, что Макс для меня что-то значит, – блондинка обхватила любимого за плечи и крепко прижалась к груди.
Прямо под ее ухом сходило с ума сердце медведя. – Я беспокоюсь только о тебе и о том, чтобы бой был честным, но лучше… – в голосе Евы звучала мольба, – … лучше отправить чокнутого Федю восвояси и забыть весь этот бред. Ведь так можно сделать, правда?
– Уже нет.
– Почему?
Евгений разблокировал телефон и показал скрин, который ему прислал Павел Бердников, его новый начбез.
– Клуб «Ice» выложил анонс боя своего участника.
Назад дороги нет.
– Вот мразь! – всхлипнула Ева, утыкаясь лбом в крепкое плечо. – И чего он ко мне прицепился? Я ведь не давала ему повода…
– Я знаю, Ев, – отозвался медведь, успокаивающе поглаживая любимую по спине. – Я смотрел игру, помню ту сцену…
– Чтоб ему память отшибло! Козел!
Злая Белая Фурия еще долго шипела и показывала зубки ненавистному человеку из прошлого, а медведь убаюкивал и успокаивал нервную любимую.
– Все хорошо, я в порядке.
