Как сейчас помню, она обожала дешевые конфеты под названием «Фестиваль» и страшно злилась, если они отсутствовали, могла закатить скандал. Римма всегда держала запас «Фестиваля». Доставала его в нужный момент, Саша истребляла сладкое, Римма звонила мне, я приезжала с уколами и при помощи препаратов подавляла в ней женское начало. Должна заметить, что в любой беде есть положительные стороны. Артем рос творческим человеком, он писал удивительные, странные, но очень талантливые полотна, поступил в художественный вуз, устроился на работу в крупное издательство, стал хорошо зарабатывать.
Психическая аномалия подпитывала рисовальщика, без нее Артем был бы обычным человеком.
Я вспомнила школьную учительницу Амалию Карловну, которая рассказывала мне о странном полотне ученика, где изображался мужчина, одетый в кукольную юбку и пиджак с сорочкой, прокрутила в голове рассказанную ею историю о таинственной сестре Артема, с которой она столкнулась, придя навестить заболевшего любимчика, и сразу все поняла.
– Учительница видела Сашу! Артем не занимался сексом с подружкой! Он стоял перед зеркалом в образе женщины, надел пеньюар, парик, наложил макияж. Наверное, паренек забыл запереть входную дверь и был застигнут врасплох. Потом он кинулся в ванную, быстро привел себя в порядок, примчался в гостиную красный, со всклокоченными волосами, трясясь от возбуждения. Когда парень влетел в комнату, от него пахло ацетоном, он снял лак с ногтей! Амалия Карловна подумала об интимных забавах и доложила о казусе Римме Марковне.
Мать повела себя странно. Сначала пообещала отвести сына к врачу. Простите, к какому? Который вылечит подростка от желания спать с девушками? Глупее ничего не придумаешь! А потом она быстро соврала про сестру Темы. Еще один тупой поступок. Когда Тема вернулся в школу, он был подавлен и говорил Амалии Карловне шокирующие фразы, типа: «Моя сестра покончила с собой», «Я ее убил». Но теперь понятно, что имел в виду Артем, говоря о смерти девушки, – он истребил в своей душе Сашу.
Наверное, вы применили очень мощное средство?
Евдокия кивнула.
– Да. Но поймите…
– И правда, я очень хочу понять, – перебила я Константиновскую. – Почему Римма Марковна так возилась с Артемом? Племянник не родное дитя. Он явно психически ненормален. По какой причине тетя не устроила его в стационар и не умыла руки?
Глава 35
Константиновская оперлась ладонями о стол.
