Книга Черные ножи — читать онлайн бесплатно полностью

Да и кто чуть не убил Леху, а потом и меня…

Но главное, я внезапно увидел шанс выпутаться из всей этой истории. У меня появился еще живой язык. Ну как появился? Теоретически!

При таком редком шансе главное — не упустить удачу!

Я постарался. Воронин не ожидал от меня подобной прыти. Он был быстр, очевидно, хорошо подготовлен, умел просчитывать ситуацию, но я не дал ему и мгновения на размышления, попросту впечатав в стену вагона, а потом в кровь разбивая ему кулаками лицо… до тех самых пор, пока я не понял, что еще один удар, и передо мной окажется очередной труп.

Тогда я остановился.

Предстояли серьезные объяснения с органами. И я вовсе не был уверен, что выйду целым из этой истории.

Глава 26

Следующие дни тянулись долго, поэтому в подробности вдаваться желания нет. Они состояли из вещей однотипных: допрос, камера, короткий сон, еда, допрос… и так по кругу много-много раз.

Посадили меня в камеру без окон, и на допрос водили по коридорам, в которых из освещения имелись лишь редкие лампочки над по потолком, и сами беседы, если это можно так назвать, проходили в такой же крохотной комнатушке, где стоял лишь стол и два стула, причем мой был привинчен к полу.

Поэтому вовсе не удивительно, что я быстро потерял счет времени. Солнца я не видел, мог вести отсчет только по числу кормежек, но вскоре сбился, и, думаю, быстро перепутал день с ночью. Биологические часы не помогали.

Помню, когда-то давно читал фантастический рассказ Кира Булычева, где речь шла о спелеологах, проводивших эксперименты в пещерах.

После некоторого времени под землей, когда солнце и луна уже не могли влиять на сон, их жизненный ритм начал стремительно перестраиваться на совершенно иной график, состоящий из сорока восьми часов — двенадцать из которых человек спал, а тридцать шесть — бодрствовал, причем безо всякой сложности для организма. Экспериментаторы сделали вывод, что именно такой ритм естественен для человеческой физиологии.

Мне тоже показалось, что уже через пару дней у меня полностью сместилось восприятие действительности.

Я уже не различал день и ночь, так что времени могло пройти куда больше, чем в действительности."

"Допросы же все походили один на другой как две капли воды. Меня раз за разом просили — именно просили — пересказывать все подробности произошедшего за последнее время, с того самого момента, когда Носов впервые сказал, что имеет подозрения на счет зуевцев и до подрыва моста.

Скрывать что-либо смысла не было.