Я побывал в тысяче миров. И выполнил тысячи миссий. Теперь я попал в мир, где есть магия.Здесь я сражаюсь с чародеями, и мало того: я сам стал одним из них.Ещё не самым могущественным, но я им стану.Потому что я — принц древнего рода. Я — Чёрный Лис.Я тот, кто может совершить невозможное....
Похоже, «Черный лис. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Я бы предпочёл остаться здесь, — стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, сказал я. Не хотелось вновь сидеть за тонкой переборкой, чувствуя, что здесь происходит что-то важное, — и оставаться не у дел.
— Тогда садись в кресло механика, — Соболев кивнул себе за спину. Я подчинился. — Константин, там у стены откидное сиденье.
— Я уже нашел, — Фудзи успел пристегнуться, и теперь выглядывал из-за плеча пилота. На его лице было полнейшее счастье.
Словно нам предстоит не аварийная посадка, а классный аттракцион.
Интересно, как бы я видел мир, если бы смотрел на всё глазами Фудзи? Воспринимать проблемы, не как очередные препятствия, которые нужно преодолеть, а как интересные приключения?
Может, стоит попробовать?.
Самолёт выполнил широкий круг над городом и стал снижаться. Впереди показалась светлая, освещенная сигнальными огнями полоса…
Пилот плавно наклонил штурвал. За ним наклонился и нос самолёта. Земля стремительно приближалась.
— Падаем, — спокойным голосом объявил пилот. — С поверхности нам никто не помогает.
— Диспетчер? — спросил Соболев.
— Утверждает, что стихийники на месте. Но я не чувствую никакой поддержки. Мы разобьёмся, Алексей Григорьевич.
— Не паникуй, — голос Соболева приобрёл жесткость стального каната. — Обойдёмся своими силами. Володя!
— Слушаю.
Рефлекторно ответив, только после я осознал, что Соболев обращается ко мне.
— Помнишь, как я левитировал кресло?
— Да.
— Сейчас мы с тобой сделаем то же самое, но только с самолётом. Константин, помогай.
Сначала я не понял, чего от меня хотят.
И поток увлёк меня за собой. Словно втянул в себя, сделал своей неотъемлемой частью."
"Я вдруг ощутил своё огромное длинное тело, широкие руки-крылья, увидел, как приближается и быстро несётся куда-то под брюхо серая твёрдая поверхность… Понадобилось мысленное усилие, чтобы замедлить её бег. Сравнять скорость свою, и этого серого твёрдого полотна, почти остановиться, а потом… плавно опуститься, прижаться к земле животом и замереть.
Когда я открыл глаза, мы уже не двигались. Фудзи успел отстегнуться и вставал. Я посмотрел на пилота. Тот полулежал в кресле, откинувшись на спинку и закрыв глаза. Штурвал уплыл куда-то под приборную панель, и пустые руки его бессильно подрагивали на коленях.
— Алексей Григорьевич! — поднявшись, Фудзи решил проверить, как дела у Соболева.
