В тени подгоревшей кровати лежит куколка, усыпанная пеплом и отсветившая черными лоскутками. Снежный накройщик с год назад обнажен, но даже в холоде воздух еще держит огонь. Тайлер — зовут его так за цвет волос своей невесты. Она светлая среди темного пепла, и в этот момент он задумывается над хрупкостью жизни и природой смерти....
Вот только Лэггер, как ни старался держать чувства в узде, распалялся все больше. Его лицо побагровело от злости, и гневные удары сыпались один за другим. Наверняка он надеялся сломить сопротивление самоуверенного мальчишки в первые же секунды боя. Ведь Тайлер был ранен, потерял много сил. Как он может так долго держаться и отбивать атаки? Это просто немыслимо!
Тайлер же оставался внешне спокоен и холоден. Кусок ожившего льда. Его движения были отточенными, уверенными, в то время как Лэггер, наседая с утроенной силой, уставал все больше.
— Ты — никто! — рявкнул Лэггер, не сдержав клокочущей в нем ненависти. — Пыль! Под ногами!
Он широко размахнулся мечом, но удар обрушился не на Тайлера, скользнувшего в сторону, а на плиты пола, высекая искры.
Злость князя заставила его совершить ошибку. Теперь Тай перешел в наступление: выпад, поворот, удар снизу вверх. Лэггер едва успел их отразить. Его презрительная улыбка превратилась в оскал. Острие его меча прочертило по груди Тайлера кровавую полосу, и у меня едва не оборвалось сердце, но Тай лишь встряхнулся, как зверь на охоте, и снова атаковал.
Дуэль превратилась в состязание воли. Каждый удар эхом разлетался по залу. Я все яснее понимала: это не просто поединок — это суд. Суд над человеком, которому всегда удавалось избегать наказания.
Все закончилось в одно мгновение. Меч Тайлера глубоко вошел под ребра князя. Удар был выверенный, быстрый, точный как приговор. Лэггер пошатнулся, выронил оружие. Крайняя степень изумления отразилась на его лице: «Я смертен? Как же так?»
Лэггер зажал ладонью рану и прошел несколько шагов в мою сторону, прежде чем упасть на колени.
— Я хотел забрать тебя в столицу из гарнизона на краю света. Дать дочери Гвен лучшую жизнь! Неблагодарная…
Записка советника: «Я заберу ее утром». Вот оно что.
— Если бы не ты, мой отец все еще был бы жив! Никто не давал тебе права играть чужими жизнями, будто люди пешки!
Лэггер скрипнул зубами. На этот раз он сам проиграл.
— Ты просил меня улыбаться?! — крикнула я. — Так вот, смотри, я улыбаюсь, глядя на твою смерть!
И я действительно улыбалась до тех пор, пока жизнь не покинула его глаз.
Глава 67
«Падение старого мира…» Только эта цитата из учебника истории крутилась и крутилась у меня в голове, пока Фар вел нас с Тайлером по коридорам дворца на совет оппозиции, где нас уже ждали. Мир снова изменился. Теперь, надеюсь, к лучшему.
Всюду нас встречали следы ожесточенных боев.
