А теперь умеет и советский пионер Сергей Ермолов.
Выключаю двигатель и антиграв. Подбегают дед и Толик, помогают освободиться от снаряжения.
— Здорово! — глаза у Толика сияют. — Это просто фантастика! Самая настоящая, как в книжке. Только на самом деле! Слушай, Серый, а как это называется?
— Что именно?
— Ну, вот это, всё вместе? — он показал рукой на снаряжение. — Эта летающая штука?
Я задумываюсь лишь на секунду. Зачем что-то придумывать, если всё давно придумано на родном Гараде? Осталось только перевести на русский.
"
"— Параплан, — говорю я. — От «парашюта» и «планировать». А параплан с мотором и антигравом — гравилёт.
— Ага, — сообразил Толик. — Значит, если установить антиграв на самолёт, вертолёт или автожир, то это тоже будет уже гравилёт?
— Думаю, да. Всё, что летает с помощью антиграва — гравилёт.
— А космический корабль? — разогналась мысль Толика.
— Вот построим такой космический корабль, тогда и назовём, — сказал я. — Не лети впереди гравилёта.
— Ладно. Кстати, о полётах. Слушай, а мне можно… это… полетать?
— И мне, — подал голос Слава.
— И мне! — это уже Наташа.
— И мне тоже! — оживился Васёк.
— Начинается, — проворчал дед. — У нас тут что, лётный клуб? Я вообще-то первый в очереди.
— Даже мне захотелось, — улыбнулся Илья Захарович. — Но думаю, всё не так просто. Этому учиться надо. Так, Серёжа?
— Да… — подтвердил я и осёкся под внимательным взглядом Наташиного папы. Действительно. Где это мальчик Серёжа Ермолов мог научиться летать на параплане с мотором? Придумать — ещё ладно.
Придумал же он антиграв. Гений, допустим. Вундеркинд, бывает. Особенно в нашей советской стране. Но — летать?
— Надо учиться, — продолжил я. — Мне самому в первую очередь. Это первый полёт, пробный. Можно сказать, на чистом кураже летел. Поэтому не всё сразу. К тому же это опасно, даже с антигравом. Как доказал товарищ Галилей, лёгкие и тяжёлые предметы падают с Пизанской башни с одной скоростью и достигают земли одновременно. А уж если антиграв вдруг откажет… Он простейший, дублирующей системы нет.
Мало ли! Нет, лучше не рисковать. Сначала всё отладим, усовершенствуем…
— Правильно, Серёжа, — заявила прабабушка Дуня. — Сам рисковал — ладно, на то и мужчина. Молодец, горжусь тобой. А вот другим не надо. А ежели что случится, не приведи господь? Кому отвечать потом? Да не перед властями — перед своей совестью, что во сто крат больнее.
— Ты права, мам, — сказал дед. — И внук прав. Вообще, с полётами заканчиваем, пока не будет полной надёжности.
