В новолуние, когда первые лучи восходящего солнца медленно пробиваются сквозь туманы утренней ночной битвы, мир напоминает о своих временах. Казалось бы, молитвы прошлого уже не отзываются в этом небе, но еще можно услышать их эхо среди звуков природы и человеческих голосов утром....
Иногда неделями хлюпал разбитым носом, и отсвечивал синяками под обоими глазами.
Отец порывался перевести меня в другую гимназию, но я отказался. Тогда нашли компромиссное решение. В Екатеринославе отец арендовал небольшой дом, куда поселил Прохора с женой, выполняющей роль кухарки. Отец надеялся, что облегчит мне жизнь. Как бы не так… Прохор, глядя на мою побитую физиономию, начал меня тренировать казацкому кулачному бою. Правда, это не совсем кулачный, а бой без оружия или с использованием разных подручных предметов: палок, камней, карандашей, тарелок и другой кухонной утвари – всего, что подвернется под руку.
"К концу ноября меня уже никто не задирал. Меня начали сторониться, что, естественно, не способствовало приобретению друзей. Обидно, ну и ладно, буду учиться. Так и учился в жестком графике.
После окончания второго класса гимназии, отец решил, что наступило время ознакомить меня с родом Головко более детально. Пригласив в свой кабинет в усадьбе, отец подробно рассказывал о происхождении нашего рода. Целую неделю длились наши беседы. Для меня стало открытием, что графский титул роду Головко был пожалован нашему родоначальнику – генерал-фельдмаршалу Головко Степану Ивановичу, потомку запорожских казаков, императором Александром I.
Меня поначалу удивило, что отец рассказывает только о мужской линии нашей семьи, а о маминой ветви – ни слова. Много лет спустя узнал, что мама вышла замуж за моего отца по любви, нарушив планы своего родителя. С того момента родня мамы как бы отстранилась от нее.
Вооружившись бумагой и карандашом, я вычерчивал все хитросплетения рода. Кто за кого вышел замуж, кто на ком женился, сколько было детей и так далее. Обширен род Головко, очень обширен.
