Автор
Виктор призывает найти мать его детей в критической ситуации. Его слова долетают до ушей как выстрел из огненного пистолета. Невыносимая боль в висках стучит по монотонным шагам, которыми идет он сам. Вместе с этим зовом рождается напряжение и страх.
Однако дерзко вздергивает подбородок и произносит тихо, но с нажимом:"
"– Могу лишь догадываться, исходя из ваших фраз и угроз, которых вы для меня не жалеете, – пыхтит недовольно, и ее сбивчивое, горячее дыхание щекочет мне подбородок. – Однако советую вам прежде собрать доказательства того, что я нарушила какие-то правила или нанесла вред вашим детям.
– Лилия Владимировна, – сурово зову.
– Виктор Юрьевич, – парирует, отзеркалив мой тон.
Сбоку доносится грохот, вслед за которым из-за шкафа кубарем выкатываются двое чертенят, в которых я не сразу узнаю собственных сыновей.
– Ай, Леша! – возмущается Даня, вставая и оттряхивая брюки. – Чего толкаешься?
– Потому что ты толстый! – фыркает второй.
Лилия, как по волшебству, оказывается рядом с ними. Реагирует быстрее меня. Пока я нахожусь в ступоре, она уже суетится возле мальчиков: аккуратно равняет их смятую одежду, заправляет выбившиеся из пояса брюк рубашки.
Берет их за ручки и только потом поворачивается ко мне. Не успевает стереть улыбку с лица, и я отмечаю, что Лилия довольно приятная в этот момент. Живая, настоящая, сияющая. Секунда – и она вновь превращается в деловую серую мышь.
– Ваши сыновья в целости и сохранности, – сообщает очевидное. – Так что ваши претензии беспочвенны. Разумеется, извинений я не дождусь от вас, – нагло добавляет.
– Конфликт будет исчерпан, когда я заберу детей домой. Вы оторвали меня от дел, Лилия Владимировна. Мне пришлось перестраивать свои планы.
Пока девушка морщится от моих слов и краснеет от гнева, в нашу перепалку вмешиваются дети.
– Привет, папа, – активно машут мне ручками и расплываются в теплых, искренних улыбках. – Мы с Лилей тебя о-очень ждали, – выпаливают радостно, заставляя меня почувствовать укол вины.
– Привет, мальчишки, сейчас домой поедем, – подмигиваю им, подхожу ближе и протягиваю руки, но между нами становится Лилия.
– Мальчики, подождете, пока мы с вашим папочкой поговорим? – мило щебечет, испепеляя меня серебристым и опасным, как ртуть, взглядом.
– Хорошо, поговорим, – выдавливаю из себя, сдерживаясь из последних сил, чтобы не пугать мальчишек. Я не привык при них ругаться, но Лилия невыносима и провоцирует меня.
Слежу, как она усаживает Даню и Лешу за парты, выдает им какие-то книжки, листки бумаги, карандаши.
