Но Танечка сопротивлялась изо всех сил — и в какой-то момент врезала ему пяткой по причинному месту! Незнакомец задохнулся, выпустил ребенка. Девочка покатилась по асфальту, вскочила, бросилась бежать. Подворотня оказалась длинной, злоумышленник потопал за ней, наступая на пятки. Но, кажется, споткнулся, отстал. Девочка выскочила во двор, промчалась мимо гаражей — и через минуту выбежала на освещенную улицу, бросилась к группе подвыпивших прохожих. Публика, к счастью, оказалась приличной. А после смены как не выпить? Из ближайшего автомата позвонили в милицию, примчался экипаж.
Энтузиасты-добровольцы вместе с милиционерами прошли по темным закоулкам, дважды прочесали ту самую подворотню…
Когда я примчалась в больницу, весь город уже был там. По крайней мере, милицейское управление. У палаты толпились люди в белых халатах, в штатском, в форме сотрудников милиции. Девочка получила ушибы и психологическую травму — именно об этом извещал собравшихся дежурный врач. Истерила мама: оставьте Танечку в покое, не видите, как ей плохо?! Озадаченно чесали затылки поднятые по тревоге опера.
Взъерошенный Туманов окучивал маму пострадавшей девочки, доказывал, что ее немедленно надо опросить. Или мама хочет, чтобы маньяк растерзал еще какого-нибудь ребенка?
— Давай, Маргарита Павловна, действуй, — схватил он меня за локоть. — Ты женщина, найдешь подход к ребенку. Смотри, чтобы с Танечкой не случилось что-нибудь необратимое."
"Мама сдалась — как не сдаться, когда над душой нависла вся мощь милицейского управления? Мне сунули халат, подтолкнули к палате.
Можно подумать, я детский специалист! Опыта общения с детьми никакого. Дежурная медсестра на цыпочках удалилась из палаты. Девочка лежала под одеялом, съежившись в комочек, все еще дрожала. Подрагивали ресницы. Ручка вылезла из-под одеяла, теребила каркас кровати. В горле образовался комок, я встала как вкопанная. Но нужно работать, невзирая ни на что. Я придвинула стул, села рядом, взяла руку девочки в свои руки.
Она перестала дрожать, покосилась на меня. Не все девочки в четвертом-пятом классах вытягиваются, как жирафихи. Кто-то остается мелким. Танечка Кулагина была из последних. В схватке с маньяком она получила ссадины и шишки, медики обработали их зеленкой и йодом, облепили всю девочку лейкопластырем.
— Привет, — сказала я.
— Здравствуйте, тетенька… — прошептала Таня. — Почему вы так смотрите?
— Уважаю, подруга, — улыбнулась я.
