Время разговаривает сам с собой. Прочтите эту книгу любого известного психиатра – там полно ценных мыслей о том, как беседы могут перерождаться в сумасшествие. Меня давно преследует шизофрения, и кажется, я уже несколько десятилетий жду своего часа. Наверное, уже лет семьдесят – а может быть даже больше....
Тихо беседуя, они незаметно покинули разгромленный свадебный пир, аккуратно обходя лежащих вповалку храпящих гостей. Потрясенный зрелищем, дряхлый старец Бен-Ами тронул руку своего соседа по носилкам, издав серию клекочущих звуков. Рука оказалась холодной, а причина ее странной температуры объяснялась легко: ровно сорок минут назад почтенного Иеремию от увиденного хватил апоплексический удар.
…На холме, возвышающемся над поляной, четверо полуголых нубийских рабов держали на покатых плечах паланкин из слоновой кости, изящно отделанный россыпью драгоценных камней.
– Что скажешь, Маркус? -донесся из недр паланкина скрипучий голос.
Сидевший поблизости от рабов Маркус не мог сказать ничего. Только что он лично имел возможность убедиться: самые фантастические слухи о таинственном Кудеснике – не что иное, как чистая правда. Он попытался передать эту метафору словами, но губы издали лишь свистящий шепот.
– Вот видишь! -проскрипел человек в паланкине, правильно истолковав молчание Маркуса. – Теперь ты понимаешь мое беспокойство? Поверь – все эти чудеса в будущем приведут просто к катастрофическим последствиям.
Маркус задумался: перед глазами стояла поляна, полная упившихся зевак
– Да, господин, -пожевал он губами. – Будет очень трудно.
Он замолчал на секунду и, прикусив сухую травинку, добавил:
– Но я справлюсь.
Глава шестая
МИСТИЧЕСКАЯ ФАНТАСТИКА
(Город, 2008 г.н.э – отделанный Сальвадором Дали банкетный зал дачи Шефа – середина утра)
Дверь за Шефом едва успела закрыться, как Малинин сразу вскочил на ноги. Не выпуская из рук блюдце с чаем, он в волнении забегал по комнате.
– Это не поможет, Серег, -мудро заметил Калашников, наблюдая, как унтер-офицер нарезает круги вокруг стола – по ковру, вытканному персидским шахом Резой Пехлеви. – Будем откровенны, Шеф прав: мы всецело в его власти.
Малинин остановился.
– Это я фигурально выразился, -сообщил Калашников. – Не падай на пол.
Малинин не упал, но пострадало блюдце – уже второе по счету.
Мать вашу да всем эскадроном, – закрыл казак лицо руками. – И почему со мной это вечно происходит? Как Шеф смог додуматься? Кто ему подсказал?"
"Додуматься, братец, совсем немудрено, – охотно объяснил Калашников. – Достаточно лишь книжек знатных почитать.
