Если вы не остановитесь до прихода охраны, то рискуете всю ночь провести в обезьяннике, — добавляет второй волонтёр.
— Да ладно, ничего серьёзного. Нос я ему не сломал. Умоется и дело с концами, — отпускаю чужую одежду, тип опадает на корточки.
Я отхожу от Нгуена в сторону и тот проводит пальцем под носом. Увидев алую жидкость, он недовольно косится в мою сторону, но не говорит ни слова — видимо, мозги всё же заработали. Хотя и с опозданием.
Экскурсовод спешит увести вьетнамца в уборную.
— Спасибо, удружил. Твой жест я оценила, но теперь он непременно отыграется на мне, — неожиданно раздаётся голос вьетнамки на ломанном, но вполне узнаваемом английском.
— Так было только сексуальное рабство, а сегодня ещё и «бокс» вероятен. Из-за тебя. Когда останемся вдвоём с ним в отеле.
— Ты говоришь по-английски? — удивляюсь я.
— И не только.
— Я могу чем-то помочь? — пока её спутника нет, есть смысл использовать момент для получения недостающей информации.
Кроме прочего, мне действительно интересно, что у них за отношения.
— Вряд ли, — спутница сына министра переводит усталый взгляд на него самого, направляющегося к нам.
Быстро же умылся. Нгуен, взяв себя в руки после похода в рукомойник, предпочитает делать вид, будто ничего не было. С небрежным видом он требует отвезти его в хороший ресторан и никто не смеет ему возразить.
* * *Напротяжении обеда вьетнамец старательно избегает любого взгляда в мою сторону, обращаясь исключительно ко второму переводчику. Ну и ладно, мне даже лучше.
Развалившись на стуле и лениво ковыряясь вилкой в тарелке, Нгуен внезапно изрекает:
— Что-то скучновато у вас тут.
Гарри, австралиец который, все уши прожужжал про выставку современного искусства. Туда дальше поедем.
— Господин Нгуен, вчера был последний день работы этой выставки, — удручённо сообщает волонтёр. — Гарри специально прилетел на сутки раньше, только чтобы успеть её застать. Увы, сегодня уже поздно.
Вьетнамец недовольно морщится:
— Ясно. Значит, в театр тогда. Только не в обычный, а в Национальный центр.
Я про то здание из стекла и титана, ну, вы поняли.
Пока волонтер переводит очередной каприз высокого гостя, многострадальный экскурсовод лихорадочно ищет варианты в смартфоне, пытаясь на ходу подобрать подходящий:
— К сожалению, все билеты на сегодняшние представления в Национальном центре распроданы. Однако мы можем забронировать для вас места на завтра.
— На завтра? Вечер только начался.
— В Пекине множество развлечений на любой вкус.
