— Теперь побежали к пруду, а то все красивые кратхонги разберут, — вывела меня из оцепенения Кики, но, увидев, как я все еще наблюдаю за своим фонариком, прокладывающим курс к звездам, спросила: — Ты ведь хочешь запустить кораблик в воду?
— Очень! — с энтузиазмом ответила я. — Хочу, чтобы вода унесла все мои неудачи и печали.
— Только аккуратно опускай на воду ладью, — предупредила она с совершенно серьезным видом. — Иногда случается, что кратхонг тонет и не уносит твои беды.
Хотя с тобой такого случиться не должно.
— Почему?
— Люди говорят, что у такого человека плохая карма — кратхонг не выдерживает его грехов и тонет."
"В следующую секунду, представив моего Дьявола с цветочным корабликом в руках, я на секунду даже застыла. ""Господи, бедный кратхонг завянет от скорпионьего яда раньше, чем Барретт опустит его в воду"", — мысленно покачала я головой и ускорила шаг, планируя не допустить крушения ладьи Ричарда.
— Кстати, существует традиция, — между тем продолжала Кеута, доставая маникюрные ножнички, — прежде чем отправить свой кратхонг в путешествие по воде, ты можешь положить в него небольшой локон своих волос, чтобы наверняка унести с водой все свои беды и неприятности.
Срезав кончик волос, она зажала его в руке и протянула ножницы мне.
Мысленно попросив прощения у Алека за ""вандализм"", я вытащила одну из жемчужных заколок и, освободив прядь, не задумываясь срезала локон.
— Потом можем в храм сходить, — кивнула она в сторону позолоченного входа, у которого стояли два грозного вида каменных истукана практически в человеческий рост.
— Я читала о них, — указала я подбородком на изваяния. — Это ведь демоны-якши. Воины, призванные охранять сокровища. Подобные им установлены у входа в главный королевский Храм Утренней Зари.
— Ну да, бабушка, ведь одна из Чакри… — пожала плечами Кики, как внезапно ее окликнули знакомые, и мы договорились встретиться у храма позже.
А у пруда, между тем, собралась целая толпа. Рядом стоял огромный стол, больше похожий на поляну, усеянную ярким орнаментом цветочных композиций. Гости подходили, брали со стола венки и, зажигая на них свечи с ароматическими палочками, пускали кораблики в пруд. Я поискала в толпе Барретта и нашла его поодаль — он разговаривал в компании мужчин и совсем не обращал внимания на цветочную эйфорию.
