Чувствуя на кончиках пальцев его кожу, я вновь осознала простую истину — только от меня зависело, хочу ли я стать звездой в его вселенной, и мне почему-то казалось, что если я скажу ""да"", я стану самой яркой и желанной звездой. Я буду выделяться на его небе ослепительным светом и это чувство нужности и избранности было неимоверным — сродни полету в его космосе.
Он открыл глаза и посмотрел на меня. Все произошло внезапно — как столкновение спутника с астероидом. Резко встав, он притянул меня за талию и, приподняв от пола, снес к стене.
Сжимая меня в объятиях, он целовал меня напористо и нежно одновременно. Его язык выписывал на моих губах, а затем и на шее, очередной геометрический рисунок, и мое тело откликалось на его ласки.
— Поехали ко мне, — он целовал мою шею, и я чувствовала, как я все больше и больше тону в его энергетике, в его запахе. Впервые в жизни я чувствовала мужскую нежность, и это стало для меня еще одним откровением. Его прикосновения — нежные и в то же самое время настойчивые, опьяняли.
Его пальцы ласкали мою спину и волосы, и по моему телу шли теплые волны возбуждения. Они были не такими резкими, без жестких всплесков, но мягкими, ласкающими и не менее глубокими. Сердце стучало, как бешеное, голова кружилась, будто я попала под гипноз очередного совершенного фрактала, но я зажмурилась и, набрав в грудь воздуха, выпалила:
— Нет, Макс, остановись.
— Почему? — он продолжал напирать, все сильнее прижимая меня к стене, и я почувствовала бедром его возбуждение.
— Потому что если я поеду к тебе, то приму решение остаться в Лондоне.
— Звучит, как комплимент, — в его голосе почувствовались довольные нотки, и он ещё выше приподнял меня и ещё сильнее стиснул.
— Это неправильно, Макс, — уперлась я предплечьями в его грудь.
— Не понимаю твоей логики, — выдохнул Макс и резко остановился. Он цепко смотрел на меня. — Я хочу с тобой отношений. Я не обижу тебя.
— Знаю, что ты не обидишь меня.
— Поясни, что неправильно.
— Я влюблена в Лондон. Очарована тобой в Лондоне.
И поверь, сейчас я хочу согласиться, сказать ""Да, я останусь с тобой в Лондоне"". Но первый раз в жизни мне позволено сделать выбор. И я очень боюсь ошибиться — сделать и тебе, и себе больно.
— Что тебе мешает? — в его глазах было непонимание. Для него все было просто, в отличие от меня.
— Сейчас я на эмоциях. Они меня опьяняют. Принимать решение всей своей жизни в таком состоянии будет неправильно. Не ломай, пожалуйста все то, что ты создал для меня в этой поездке.
