Мы одновременно дотрагиваемся до учебника по маркетингу, из-за чего Диана вздрагивает. Она поднимает голову, взгляд ее меняется, словно перед девушкой не парень-мечта, а какой-то инопланетный чужеземец. Так на меня ещё не реагировали.
— Давай помогу, — говорю, и, не дожидаясь согласия, берусь собирать книги.
— Не надо, — тихонько отвечает она. Вот это новости.
— Почему?
— Потому что я могу сама собрать, а у тебя, наверное, пары. Иди, а то опоздаешь.
— Меня простят за опоздание, — я бы мог выдать свою коронную улыбку, но Орлова на меня даже не смотрит.
Все ее внимание занимают дурацкие учебники. Вот же заучка.
— Из-за таких как ты преподаватели думают, что никто из современной молодежи не хочет учиться, — вдруг высокомерно выдает она. Я перестаю пытаться помочь, поднимаюсь на ноги, и смотрю, как Ди делает идеально ровную стопку из книг. М-да, ну копия брат. Тот такой же занудный и повернутый на правилах.
— А ты типа местной старосты? — с усмешкой уточняю. Она обхватывает книги, прижимает их к себе и поднимается.
— А что я похожа на старосту? — поднимает бровки, и я ставлю на паузу свой гонор. Такими темпами вряд ли смогу расположить к себе Орлову.
— Знаешь что?
— Что?
— Я просто терпеть не могу правила и все такое, — пожимаю плечами. И это чистая правда.
Те, кто соблюдают правила и изо дня в день подчиняются ежедневной рутине, просто не способны брать от жизни все, что она предлагает.
Я же предпочитаю жить на полную катушку и не оглядываться назад.
— Мне пожалеть тебя? — безо всякой игривости или раздражения говорит девчонка.
— Лучше скажи, как тебя зовут. Звезды обещали мне сегодня знакомство с самой правильной девушкой в мире. Нельзя их подводить.
Давай же, хватит ломаться и облегчи мне задачу.
— Ох, — она вздыхает, но создаётся впечатление, что немного наигранно. — Кажется, у них сломался прогнозатор.
— Почему это?
— Сам подумай, — Орлова обходит меня, но я тут же её догоняю. Рано ещё прощаться.
— Ты слишком смущена, что напрочь забыла свое имя?
— Ни то, ни другое, — Диана ускоряет шаг, хотя зря это она.
Я так просто не сдаюсь и не таких покоряли.
— Тогда я жду, — обгоняю Орлову и перегораживаю ей дорогу. Глазки ее сверкают, словно голубые камешки, а аккуратный носик вздернут до невозможности высоко. Высокомерие в братца.
— Прости, Кирилл, — губки-вишенки сводятся в тонкую нить. — Я уже знаю тебя заочно, поэтому звезды явно говорили о ком-то другом.
