Мне тоже будет. Если не сейчас, так завтра. А нет… так когда-нибудь. Но больше я не позволю себе страдать. Обещаю.
***
— Одинцова, ты должна была оставить этот фотоаппарат себе! Ты что, решила пополнить ряды филантропов? Ты хоть знаешь, сколько сейчас получают фотографы?
Сделав глоток Маргариты, кидаю в рот соленый крекер и качаю головой.
— Мне ничего от него не нужно. Я сама справлюсь.
— Ага. Ты столько лет справлялась сама. Умей принимать подарки судьбы, даже если она преподносит их довольно дерьмовым образом.
Закатив глаза, залпом допиваю свой коктейль и вновь наполняю бокал.
После того, как я покинула стадион, мы с Наумовой все же собрались у меня. Я рассказала ей безумный план, что хочу начать заниматься фотографией. Она назвала мой поход к Орлову самым глупейшим поступком в истории человечества. Но я сама начну этот путь. Мне не привыкать решать проблемы, взрослая уже.
Что может быть надежней, чем надежда только на себя?
— Больше не хочу говорить про Орлова. Выкладывай, что стряслось у вас с Русиком?
Ленка тяжело вздыхает и лишь пожимает плечами.
— Я сегодня подала на развод, — просто отвечает она, а я едва не выплевываю свой коктейль. — Вот только не надо меня жалеть и пытаться подбодрить. Не поверишь, но я счастлива, что наконец-то сделала это.
— Я не понимаю, — присаживаюсь ближе к подруге и она обхватывает мою ладонь своей.
— Все просто. Студенческая влюбленность прошла в ту же секунду, когда я родила. Мы пытались сохранить семью, делали вид, что все хорошо, но я так чертовски устала притворяться.
Мне хочется, чтобы меня любили и восхищались. Чтобы коленки дрожали от предвкушения встречи. Чтобы сердце, — она прикладывает ладонь к груди. — Билось так быстро, только от одного его голоса. И в конце концов, чтобы я могла быть девочкой, а не товарным поездом, тянущим за собой всю семью.
— Ты никогда не говорила, что у вас проблемы.
— Потому что я не хотела их признавать. Закрывала глаза и смотрела на мир через розовые очки. Но больше не хочу, — Ленка наполняет наши бокалы “Маргаритой” и протягивает один мне.
— Знаешь что, Одинцова? Мы просто обязаны быть с тобой счастливыми! И мы будем! Никак иначе! Я встречу харизматичного альфа-самца, который будет бесить меня каждым словом, но при этом ради него я забуду о существовании вибратора, а твое сердце вновь украдет какой-нибудь хороший спортсмен, который будет беречь его похлеще чем Кощей свое яйцо.
В голосе подруги столько задора и энтузиазма, чтобы мы начинаем громко смеяться.
