— Вино, несомненно, нужно отправить по воде, — сказал его милость, проявив к бургундскому заметный интерес. Он высвободил кружевное жабо из плена. — Могу я спросить тебя, Леони, зачем ты уехала вместе с Рупертом, да еще в такой спешке?
— Разве вы не знаете? — изумилась Леони. — Если вы не знаете, то почему вы здесь, Монсеньор? Вы разыгрываете меня! Где Доминик? Гастон сказал, что он здесь.
— Здесь, — подтвердил его милость.
— Тогда вы, конечно же, все знаете. О, Монсеньор, он говорит, что женится на этой девушке, а у меня есть серьезное опасение, что она похожа на свою сестру, которую я нашла совершенно невыносимой!
Герцог взял ее за руку и подвел к мисс Чаллонер.
— Суди сама! — сказал он. — Это Мери Чаллонер.
Герцогиня взглянула на герцога, потом на Мери. Мисс Чаллонер мужественно встретила ее оценивающий взгляд. Леони удивленно выдохнула.
— Voyons, так вы сестра той особы? — Фиалковые глаза герцогини слегка затуманились.
— Да, сударыня, — сдержанно ответила Мери.
— Vraiment?[88] Но это просто непостижимо! Мне не хочется быть грубой, но…
— Тогда, любовь моя, тебе лучше воздержаться от сравнений, которые уже вертятся на твоем остром язычке, — вмешался его милость.
— Я не собираюсь говорить непристойности, — обиженно возразила герцогиня. — Я хочу высказать свое мнение. Если вам это не понравится, Монсеньор, то мне очень жаль, но я не могу позволить моему сыну сначала похитить мисс Чаллонер, а потом не жениться на ней.
Я требую, чтобы он немедленно женился, а Руперт пусть приведет этого мерзкого Хаммонда.
— Меня начинают утомлять постоянные упоминания о мистере Хаммонде, с которым я не имею счастья быть знакомым, — посетовал его милость. — Если у него столь неприятные манеры, то я просил бы Руперта не спешить.
— Но, Джастин, вы не понимаете! Мистер Хаммонд — священник!
— Как раз это я уже понял. Полагаю, нам нет необходимости беспокоить преподобного Хаммонда.
Герцогиня взяла мисс Чаллонер за руку и прямо взглянула мужу в лицо.
— Монсеньор, вы должны выслушать меня. Когда я думала, что это дитя…
— Можешь не продолжать, дорогая. Я тебя прекрасно понял. Если позволишь, я…
— Нет, Монсеньор, — вспыхнула Леони. — На этот раз я скажу все. Когда я думала, что эта юная девушка недостаточно респектабельна, я умоляла Доминика не жениться на ней.
