В бесконечном кругу жизни молодой сотрудница забыла о своем обычном рабочем рутине. Она похожа на солнечную белку, веселую и привлекательную, но тяготится безрадостной повседневностью. Каждый день превращается в невероятное приключение, когда она ненадолго отходит от работы. Но новым директором все еще чувствует себя неуютно - его ушами и глазами он всё видит. В этой книге вы встретите мир, где обыденность взрывается в мгновение юмора и драмы....
Быстро вернувшись, собрал хворост и, помучавшись с костром, чтоб его навари вечно палили, всё-таки разжёг, высекая искры из камней. Вообще огонь — это не моя стихия, я абсолютно с ним не могу дружить. Приготовил всё для жарки птицы, которую уже разделал у воды. Нанизал мясо на импровизированный вертел, и уложил его над костром.
— Если тебе надо, ты можешь поохотиться! — обратился я к зверю. Тот фыркнул, но не ушел. — Ты же голоден! Иди! Я же сказал, она моя пара! Пойми! — немного подумав, он аккуратно отступил от малышки, скрутившейся у него под боком, и рванул в густые заросли.
"Подошёл, сел рядом. Какое же у неё необычное имя… Виктория… Красивое, как и она сама. В рыжих прядях её волос играют солнечные лучики, и от этого цвет меняется на золотой. Взяв прядку, пропустил сквозь пальцы… Мягкие…
— Пить… — хрипло попросила она.
Достав из кармана флягу, помог ей присесть, облокачивая на ствол дерева, и дал напиться. Напившись, она огляделась.
— Алмаз! Где Алмаз? Что с ним? — с паникой в глазах она смотрела на меня.
— С хранителем всё в порядке! — успокоил я её. — Он пошел поохотиться.
Виктория посмотрела на меня как-то подозрительно.
— Послушай! Я не враг тебе! — подумал немного, формируя дальнейшую речь. — Понимаешь, ты моя истинная пара, половинка души, единственная. До встречи с тобой, моё сердце было холодным, и любви я не испытывал ни разу. Только сейчас понимаю, что жизнь была пуста и сера! — увидел её ошарашенные глаза. — Нет, я ни к чему тебя не принуждаю! Просто прошу разрешить мне находиться рядом с тобой, защищать тебя! — пояснил я.
Последовала долгая тишина, малышка обдумывала мои слова. Я сидел рядом, не торопя её, закинув голову, смотрел, как проплывают редкие облака, наблюдал за полётом птиц.
— Я не против, чтоб ты продолжил путь с нами, — сказала она, и я расслабился, потому что этого мне пока достаточно.
Навари* — подобие русалки.
Каби* — дикий кабан.
5.
Виктория
Сквозь темноту и слабость чувствовала, что меня несут, заботливо прижимая своими крепкими руками к оголенной груди.
«Он такой родной! Пфф… Какой? Точно брежу! Но мне он очень нравиться, его кожа так приятно пахнет…» — прикоснулась пальчиками к его груди, и они стали приятно покалывать. Понравилось… Поводила ещё немножко.
