В подъезде скрываются таинства: кровь и неожиданность. Жертва лежит бездыханным в крови, а за ним стоит женщина-подозреваемый, заикающаяся от страха и волнения. Адрес известен — дом двенадцать, подъезд второй. Нарастает ожесточенная проверка — кого из знакомых могли убить так жестоко?...
Он словно раскладывал по полкам до того беспорядочно разбросанные по полу вещи. Каждую на свое, строго отведенное ей место. Этот процесс был очень эстетичен и потому, наверное, верен. Гармония всегда ходит рядом с красотой.
— И уместилась вся ваша информация вот здесь, — показал он маленькую, трехдюймовую дискету. — Еще и место осталось.
Это было как-то даже невежливо — загнать всю работу шефа в тонкую, в спичку толщиной, коробку. Как очень большого джинна в очень маленькую бутылку. Даже как-то обидно за бессонные, проведенные у ватмана ночи.
— Немного вы информации накопали. С такой базой данных ни о каких математических моделях даже разговора идти не может.
— А с какой может?
— С десяти-двадцатикратно большей.
Ого! Это ж мне сколько тогда придется на проводах висеть? Так и в пернатого превратиться недолго — хотел ответить я. Но ответил по-другому:
— Значит, будем еще собирать. Раз эта дура, — показал я на компьютер, — такая прожорливая.
И я снова зарылся в прессу.
Каждый день нам доставляли новые и новые подшивки газет и журналов. Я быстро просматривал страницы и отчеркивал нужные статьи и заметки. Все-таки не во всем техника могла заменить человека. Оценивать, какая информация может пригодиться, а какая будет совершенно бесполезна, она не умела. Она «видела» только знаки — буквы или цифры, но не смысл, в них заключенный.
Эту заметку… И эту… И эту тоже… А эту? Вызывает сомнение, но тоже следует скопировать. Когда сомневаешься — лучше перестраховаться. Потом спохватишься, ан поздно будет. Найдешь ее в таком море прессы! Как обломок иголки в стоге сена.
Эту статью обязательно… Заметка ТАСС — безусловно… И, конечно, эту… И эту… И ту…
Все, что имеет хоть какое-то отношение к личности, деятельности и окружению исследуемого объекта.
Убираем подшивку. Берем следующую.
И «эту», и «эту», и «эту», и «ту» статью Александр Анатольевич тащил на свой стол и сканировал.
А я уже отмечал галочкой новую «эту», «эту» и «ту» статьи.
Конца-краю работы видно не было.
Все. Перекур. Пока ум за разум не зашел.
— И зачем это все надо? — удивлялся мой напарник. — Не проще ли было у него у самого узнать, где он был и с кем встречался?
— У кого — у него? — спрашивал я.
— У того, кого ищем, — дипломатично отвечал Александр Анатольевич.
