Автор
В дневнике попадается девушка с ироничным упрямством Полина, которую окружающие считают неуклюжей. Вдруг она оказывается в совершенно другом мире — полном загадок и возможностей. Начало было бы трудно поверить, но оно лишь начало длинной истории необычных приключений и открытий для этого заблудшего дитяти....
Просто случайно проговорился, что они отливают из железа новое оружие. А когда понял, что сказал, то весь аж побелел. Думаю, сейчас как кони дви… В смысле, откинется…
— Так ему и надо, ублюдку!
— Лео, ну о чём ты говоришь? И я такая рядом с ним, тёпленьким, сижу довольная! Родонцы и так считают меня какой-то «нэдзё». Местной ведьмой, которую слушаются шуникеры. Так называется змея, которую мы выпустили на свободу.
— Ты, — уточнил Леонарду нежно.
— Ладно. Я выпустила. И что, я после этого сразу ведьма⁈ Я же нечаянно!
— Ладно.
— Ничего. Я просто коснулась пальцами его руки. А он от меня как дёрнется, будто на него самосвал навоза вывалили! А потом спрашивает у меня: ты, говорит, жива ещё?
— Так. — В голосе Лео послышались предупреждающие нотки. — Ты его коснулась или нет?
Всё же заревновал? А ведь только что: не смотри на меня, делай всё для своего выживания…
— Я же сказала: просто успокоить его хотела.
— Да это неважно! Полина, у родонцев есть такие особые люди: Неприкасаемые.
— Проклятие такое?
— Наверное. Как это реализовано, понятия не имею. Говорил же, у нас о Родонии известно очень мало. Обмениваемся крохами, кто что узнал, с союзниками по дипломатическим каналам. Император делает Неприкасаемыми тех, выполняющие особые поручения. Чтобы ничто и никто не отвлекал их от миссии.
— Ты сейчас тонко намекаешь, что красавчик Сэтоши чёрт знает сколько не ведал женской ласки?
Понятно, с чего его вдруг так повело…
— Нет.
— Слушай, ты прав! — вдруг дошло до меня. — В смысле Неприкасаемых. Сэтоши говорил, что Император отправил его сюда с супер важной миссией!
— Связанной с тем самым новейшим оружием?
Вдалеке скрипнула дверь, и наше увлекательное обсуждение прервалось.
В темноте слышались тяжелые неровные шаги. Сильный стук, слабый стук, сильный — слабый. Когда в коридоре появился свет от факела, моя догадка подтвердилась.
Это шёл пациент-головорез. Он что-то гаркнул на своём.
— Он говорит, что господин наместник желает тебя видеть, Поля, — перевёл Леонарду.
— Вообще-то он прекрасно понимает и говорит по-нашему, ‑ сдала я громилу.
Я в ужасе вцепилась руками в замок, будто это могло отсрочить мой повторный визит к начальству. Очевидно, Сэтоши сделал выводы. Не знаю, какие, но вряд ли они меня порадуют.
Родонец никак не отреагировал на рассекречивание.
