Завтра я уезжаю из Питера и не знаю, когда снова вернусь сюда, и вернусь ли вообще… Я просто хотел сказать тебе, что если так случится в твоей жизни, что тебе будет нужна помощь, то ты всегда можешь написать мне, сколько бы времени ни прошло. Я буду хранить этот номер телефона как единственную ниточку связи с тобой».
Катя сидела, сжимая телефон в руках, и задыхалась от слёз, душивших её и просящихся наружу. Первым желанием было написать ему и договориться о встрече, кинуться к нему вопреки благоразумию и здравому смыслу.
Так свежи ещё были воспоминания о тех волнующих поцелуях на парковке, и хоть она старалась выкинуть их из головы, они не покидали её. Она разблокировала погасший телефон, чтобы ему ответить, но, увидев Мишину фотографию на заставке, резко бросила телефон рядом, как будто он обжигал её пальцы, и, уткнувшись в подушку, дала волю слезам.
Когда наконец она смогла успокоиться и вытерла мокрое лицо, то твёрдо решила ничего не отвечать ему и никогда больше ни под каким предлогом не встречаться.
В порыве благоразумия она хотела вообще удалить его номер, но не смогла этого сделать, оставив себе тонкую ниточку призрачной связи с ним.
29 сентября
Кристина выбежала на дорогу и принялась голосовать. Было жутко холодно. Так, что холод, казалось, пробирал до костей и зубы отплясывали чечётку. Очень хотелось выпить. Так сильно, что при одной мысли об этом пересыхало во рту. Она увидела приближающийся автомобиль и усердно замахала руками. Машина стала останавливаться, моргая правыми поворотниками, и девушка устремилась к ней.
— Меня муж выгнал из дома! Пожалуйста, довезите до родителей, — стараясь говорить как можно жалостливей, попросила девушка. Он взглянул в её красивые синие глаза и указал на сиденье рядом.
— Садись!
Ей не надо было говорить дважды. Она тут же открыла дверь и плюхнулась на сиденье.
— Куда тебя везти?
Кристина назвала адрес, и водитель, вбив его в навигатор машины, тронулся. Заметив, что она дрожит, он включил ей обогрев сиденья, и девушка с благодарностью посмотрела на него и изобразила улыбку на губах.
— И часто он тебя… выгоняет?!
— Первый раз, — сказала она и, вспомнив, по чьей протекции оказалась в клинике, помрачнела.
Он увидел, как она изменилась в лице, и больше не затрагивал эту тему, стараясь говорить о разных пустяках.
Когда они подъехали к указанному дому, Кристина сняла браслет с руки и протянула ему.
— Возьми, это тебе за услугу.
Он уставился на неё.
— Мне и 1000 было бы достаточно.
