Иногда жизнь может быть мрачнее, чем за окном в темной комнате. В гостиной до последней звезды тихо лежит женщина, ее дыхание — тонкое и редкое. Молодая хозяйка ресторана "Гурман" наконец выпускает из-за столика своего воспитанника, песика с яркой желтой шерстью, который теперь уже готов к новым приключениям в этом неспокойном заведении....
За его спиной виднелась ровная площадка с трибуной – видимо, место для торжественных построений и прочих пионерских радостей, дальше в два ряда выстроились одноэтажные жилые корпуса с заколоченными окнами.
– Пу И нас не подвел, – негромко произнес Маркиз, показав Михаилу на виднеющуюся в дальнем конце лагеря машину. – Лолу привезли действительно сюда. Так что нам осталось только найти ее и спасти. Как говорится, начать и кончить…
Он повернулся к Михаилу и добавил:
– Впрочем, вас это не касается… это наши с Пу И проблемы, а вы можете идти обратно в Разлукино.
– Что вы! – Михаил обиделся. – Я с вами!
– Тогда – собранность и дисциплина! Главное наше оружие – внезапность! Противник не ожидает нашего появления, и этим нужно воспользоваться!
Пу И почувствовал, что хозяйка близко, и начал взволнованно поскуливать.
– Возьми себя в лапы! – прикрикнул на него Маркиз. – Своим визгом ты раньше времени выдашь наше присутствие!
Пу И устыдился и замолчал.
"Леня с Михаилом перебежали от ворот пионерлагеря до гипсового пионера. Затаившись за статуей, они немного выждали. В лагере царила мертвая тишина, только где-то вдалеке раздавался унылый размеренный скрип – видимо, поскрипывало под осенним ветром сухое дерево. Следующей перебежкой спутники добрались до трибуны. Под ней в случае необходимости мог бы спрятаться целый взвод спецназа, а уж два человека могли разместиться там со всеми удобствами.
– Что с тобой, Пу И? – прошептал Маркиз, удерживая песика. – Ты почувствовал, что Лола близко?
Тут из-под трибуны выскочил здоровенный котище с разодранным ухом. Он громко мяукнул с хамской интонацией и потрусил в глубину лагеря. Пу И тявкнул ему вслед и снова сделал попытку выскочить.
– Сидеть! – шикнул на него Леня. – Все равно вы с этим котом в разных весовых категориях! Он и матерому ротвейлеру сто очков вперед даст!
Пу И обиженно заскулил, но признал правоту хозяина и больше не пытался преследовать кота.
Выждав еще немного, Леня перебрался к первому из жилых корпусов. Дверь его была заколочена, над ней висел поблекший от дождей и солнца плакат «Пионер – всем ребятам пример».
– Сюда уже давно никто не заходил! – прошептал Леня, оглядев крыльцо. – Идем дальше!
Таким манером они миновали еще несколько домиков.
