– Не могу поверить, Мартин, что ты готов бросить нашу дорогую девочку в лапы к такому человеку.
– Лилиан, осмелюсь заметить, что ей это не повредит.
– Не говори глупости! – воскликнула мать.
– Поверь, Лилиан, это будет прекрасная пара. Нам повезет, если он попросит ее руки. Поступки мужчины – красноречивее слов. И я верю, что в нем много хорошего.
Александра невольно вздохнула. Дела обстояли гораздо хуже, чем она ожидала. Кем бы ни был этот потенциальных жених, он наверняка отвратителен, раз мать решилась на спор с отцом.
А ведь обычно она ему не перечила…
– Но мы даже не знаем, как она к нему относится. Возможно, он ей не нравится, – проговорила герцогиня. – И если поступки, как ты утверждаешь, – действительно красноречивее слов… Ведь он же пьяница и развратник!
– Вздор. Просто он еще не остепенился. Я бы поставил на него круглую сумму. Этот дьявол может быть чертовски обворожителен, когда захочет. А что касается чувств нашей дочери… Именно поэтому я настоял на том, чтобы он начал за ней ухаживать.
Она должна сама его выбрать.
– Стало быть, ты признаешь, что он сам дьявол?! – воскликнула герцогиня.
– Лилиан, еще раз повторяю: ему необходимо остепениться. Жена и дети заставят его повзрослеть – в этом я не сомневаюсь.
– А что, если ты ошибаешься? Что, если его отвратительное поведение не изменится? Мартин, ради всего святого!.. Я не думаю, что нам стоит рисковать благополучием собственной дочери.
Александра с облегчением выдохнула, наконец-то сообразив, что родители, должно быть, говорили о Лавинии.
Ведь именно она должна была первая выйти замуж. И именно ее судьба волновала мать в первую очередь. Однако же… Что, если родители все-таки говорили о ней, Александре? По лбу девушки заструился ледяной пот. Что, если они получили предложение? Никто, конечно, не проявлял к ней интереса, – но ведь Лавинией джентльмены тоже интересовались мало. К тому же мать лишь на прошлой недели жаловалась на то, что она в отчаянии и опасается, что из-за своего «сложного» характера Лавиния никогда не найдет себе мужа.
Следовательно, вполне возможно, что родители говорили о младшей дочери.
Александра уже хотела распахнуть дверь и заявить, что мать права и что она не может выйти замуж за мужчину, которого не знает и не любит. «Только вот они наверняка умрут на месте, если вдруг сказать им, что я собираюсь стать женой лорда Оуэна Монро», – тут же подумала девушка.
– Говорю тебе, Мартин, – продолжала герцогиня, – все это неправильно.
