Автор
В мире, где правда часто обманывает и ускользает из рук, глава Неверный открывается в мрачных закутках и светлых уголках. Сюжет ломается на бесконечных кругах сомнения и доверия, оставляя читателей с открытыми рохотами, дрожащими от незавершенности. Атмосфера — это то непонятное ожидание перемен, которое сквозит каждую страницу, будто неведомая рука манит к переломам и врата, где правда прячется или выходит наружу....
Взгляд снова скользит по залу, выискивает белобрысую макушку, губы растягиваются в улыбке.
Как она меня отталкивает, запуская жало.
Щекочет забавно.
Ее эмоции, запах, ощущение страха и трепета под светлой кожей — вкусный коктейль.
Хочется неспешно тянуть его по капле, высасывая.
— Который час, Лерочка?
— Без пяти девять.
Пора…
Высосу тебя, Сашенька. По капле вы-со-су…
""Айда на охоту за Сашенькой? ""
Глава 7
Глава 7
Александра
Твердый пол подо мной становится зыбким и ненадежным, когда я чувствую, как взгляд Мирасова выхватывает меня из толпы.
Не вижу, но точно знаю, что он на меня смотрит.
Его взгляд будто лассо, удавка на шею, душит, отнимает последние капли кислорода, сжигая в легких. Спешу затеряться в толпе…
На время даже удается сделать это, но потом оказываюсь возле бара, и…
Попадаю в расставленную ловушку.
Клещи Мирасова сжимаются на моем локте.
— Время вышло. Пошли, — сжимает крепче и тащит меня за собой.
На нас смотрят.
Угадайте, кого из нас это волнует? Только меня.
— Постойте… Моя… Моя смена не закрыта. Там клиент за… За столиком.
— Закрою я тебя смену, Санька. Погнали. У меня колом стоит… — бросает через плечо.
— А я… Я тут причем? — пищу."
"Мы в узком коридоре, Мирасов толкает меня к стене.
— Причем?
Моя рука резко тянется вниз, захваченная лапой Мирасова. Он опускает ее к себе на пах и крепко сжимает вокруг толстой эрекции.
Блин… Вживую… Там все еще больше… То есть еще не совсем вживую… Но смотреть за тем, как эта огромная хреновина входит и выходит в женское тело, и в половину не так боязно и… волнительно, как держать в руке.
Почти держать в руке.
— Нравится?
— Ааа… А должно? — выдыхаю. — Ваша… штуковина меня пугает.
— Я так и понял, — наклонившись, медленно лижет мою шею и засасывает немного кожи. — Оооо…. Я так и понял, когда ты смотрела и пускала на меня слюнки…
Его пальцы крепко держат мои. Так крепко, что почти больно.
Еще его рот… оставляет на мне мокрые следы.
Зубы уже покусывают подбородок, подбираясь к моему рту.
Губы дрожат, выпуская вдохи. Глаза открываются, выхватывая кусочек его смуглой кожи на шее, иссиня-черные волосы, воротничок рубашки.
Открываются и закрываются.
Губы мягко толкаются в мои.
Ох черт… Потом он раскрывает рот и сосет мой, облизывает губы, покручивая, нажимая на сердцевину.
— Давай же… — требует и тяпает зубами по моей губе.
