– Кто?
Ох, зачем же я так резко повернулась? В спину стрельнуло, и я непроизвольно схватилась за поясницу, ощущая себя древней бабкой, которая пришла в поликлинику, а перед ней в очереди сидят молодые, на вид здоровые мужики и пропускать без талончика не желают! Хотелось орать и грозить воображаемой палкой, что придавало еще большее сходство образу скучающей пенсионерки.
– Не поняла...
Позади меня никого не было, только окно, обрамленное колоннами, на которых сидели две небольшие каменные горгульи со сложенными крыльями.
За стеклом виднелись запорошенный снегом широкий балкон, заснеженные верхушки деревьев и хмурое предзакатное небо. Большая комната, обставленная мебелью в стиле Людовика XIV. Изысканно и роскошно. Но как жить в этом музее, не представляю. Хотя прикольно будет сидеть с ноутом в мягком полукруглом кресле на гнутых ножках, забросив ноги на расписной декоративный столик, инкрустированный золотом.
– Хозяин велел передать, – опять раздался голос, – чтобы вы составили список того, что нужно забрать из вашего дома.
Агентство «ТроллДом» доставит все в ближайшие дни. Все остальное вы получите в замке.
– А с кем я разговариваю?
– Секретарь темного лорда.
– Невидимый?
– Я не имею тела, но обладаю абсолютной памятью и служу роду Арсийских вот уже двенадцать веков.
– Ого! – уважительно заметила я, немного робея перед этим невидимым ископаемым. – А как к вам обращаться?
Невидимка озадаченно притих. Надеюсь, что именно задумался, а не исчез.
– Имя?.. Мне? Вы хотите дать мне имя?
– Имя – не носок, ни к чему ведь не обязывает?
Голос долго молчал, я за это время успела рассмотреть комнату и найти дверь в санузел, к счастью, вполне современный – стандартная ванна, умывальник и унитаз. Все прямой доставкой из двадцать первого века.
– А вас не смущает общение с воздухом?
– Это после Сири и Алисы? Нет!
Я фанат гаджетов и прогресса, меня общением с искусственным интеллектом не испугать.
– Мне никогда не предлагали имени...
– Тогда я буду звать тебя Немо, что означает...
– Я изучал фольклор и историю людской стороны и помню сказания об Одиссее, – перебил меня голос. – Я буду рад отзываться на это имя. А сейчас исчезаю, мне следует осмыслить наш разговор.
Мне бы тоже осмыслить... поистерить, везде заглянуть, накатать претензию, осмотреться... Но в дверь стукнули, она тут же распахнулась, и в комнату вошли две женщины.
