Я не могу понять, — она с раздражением бросила толстую рукопись на стол, — почему Лора ни разу не воспользовалась советом юриста. За все эти годы!..
— Она такой человек, над которой всегда и во всех ситуациях господствовует страх, а страх — плохой советчик. Она, вероятно, не доверяла ни одному юристу и боялась разглашения тайны.
— Как можно только быть настолько оторванной от жизни! Адвокат ведь связан обязательством неразглашения тайны. Лора же…
Не договорив, Барбара уставилась на Фернана.
— Почему ты ей ничего не объяснил? Ты ведь знал ее тайну. Ты знал, что она изводит себя страхом и что этот страх беспричинный. Почему же ты ей ничего не сказал?
Он молчал, выдерживая ее взгляд, ни разу не моргнув. И вдруг Барбара все поняла. В молчании, которое повисло между нею и Фернаном, всплыла правда, ясная и откровенная. Фрагменты пазла соединились и дали ответ на все вопросы.
— Ты шантажируешь ее, — сказала Барбара. — Конечно. Ты ни в малейшей степени не заинтересован в том, чтобы она узнала, что с ней ничего не может случиться. Я готова спорить, что, при любой возможности, ты еще больше разжигал ее страх. Было совсем не трудно сладить со старой нервной женщиной, которую, как ты наверняка с полным основанием предполагал, еще Фрэнсис Грей держала в определенной неуверенности, так как для той ситуация могла быть опасной, и она должна была быть уверена, что свидетельница будет держать язык за зубами…
Она схватилась за голову.
— Боже мой, куда только подевался мой разум?.. Теперь все ясно! Вот почему Лора постоянно пребывает в таком отчаянном финансовом положении… Мне было понятно, что у нее не может быть много денег, но почему она испытывает такие трудности, я не могла себе объяснить. Но, конечно, поскольку ты постоянно требуешь с нее плату за молчание, она еле сводит концы с концами… — Она ненадолго задумалась, потом продолжила: — Вероятно, ты также разъяснил ей, что было бы очень опасно привлекать к этому делу адвоката.
Ты наверняка что-то придумал — например, что его обязательство неразглашения тайны при убийстве теряет свою силу или аннулируется, если оно способствует уклонению от наказания, или что-то в этом роде.
