А вот если бы точка выхода оказалась на несколько элай севернее, то я бы появился на освещенной, полной праздношатающегося народа улице. И чего это людям не спится в столь поздний час? Слишком много народа для трех часов ночи!"
"Я проверил прикрепленный к с’каашам маячок – да, все правильно, цель совсем близко. Затем проанализировал собственное состояние. Как я и думал, магия мне сейчас недоступна, максимум смогу активизировать какой-нибудь слабенький артефакт. С физическими силами тоже плоховато.
На меня волнами накатывала усталость, слабость, хотелось сползти вниз по стене и свернуться в клубок прямо в снежном сугробе… Встряхнул головой, прогоняя сонливость, затем активизировал артефакт с крохами силы – сразу полегчало. Слабость, конечно, никуда не делась, но теперь я хотя бы не боялся, что в самый неподходящий момент лишусь сознания… Артефакт дал мне лишь небольшую отсрочку – пару часов, может, чуть больше, а потом силы окончательно покинут меня. Так что нужно за оставшееся время найти Ри.
Чуть пошатываясь, я направился к выходу из подворотни. Кто бы знал, как тяжело давался каждый шаг, как хотелось опереться на стену, но я не мог себе этого позволить. Люди – они как шакалы, если заметят хотя бы малейшую слабость, то разорвут меня на куски.
Перед выходом на улицу я чуть было не споткнулся о тело какого-то пьянчуги. Или это был уже хладный труп? Не знаю.
Я ненадолго замер, пораженно рассматривая улицу. Похоже, этой ночью в городе был какой-то праздник.
Странно, я немало читал про Лайэн, но о подобном ночном гулянии в книгах ни слова не было.
На улицах было установлено множество ярко раскрашенных шатров. Через каждую пару десятков элай горели костры, стояли столы с каким-то объедками, валялись бочонки с вином. Часть людей вповалку дремали на широких деревянных скамьях, устланных шкурами (кажется, местных жителей нисколько не беспокоили ни мороз, ни легкая метель), другие, пошатываясь, бродили по улице, третьи продолжали жадно набивать желудок выпивкой и едой, судя по всему, шатры тоже не пустовали… Разумеется, все это действо происходило отнюдь не в тишине.
Одни пьяницы горланили похабные песни, другие переругивались, третьи оглушительно храпели. Музыканты, собравшиеся на ближайшем перекрестке, наяривали на плохо настроенных инструментах. Там же собралась наиболее трезвая часть жителей, которая вроде как пыталась танцевать.
