Вчера, например, Матвей прислал мне решение задачи в два часа ночи! Паша проснулся от звука моего телефона, спросонья глянул на экран, увидел имя брата и распсиховался! Но я быстро успокоила своего вспыльчивого: Мот просто засиделся за учебниками. А когда победил задание, на радостях поделился успехом с учителем! Потом сообразил, что ночь давно и большинство людей спит. Извинился. За такую страсть к учебе ругать нельзя.
– Человек ночью машину угоняет – тебе не нравится! Задачи решает – тоже не нравится! Паш, тебе не угодить, – ругалась я.
– А он может ночью спать? – спросил мой хирург, уже смягчившись.
– Ему шестнадцать. Я в этом возрасте двое суток могла не спать и чувствовала себя огурцом. А сейчас если две ночи не посплю, то без кофе не встану.
– Я нормально. – Паша пожал плечами и отрубился.
А я… проверила решение Матвея, накатала ему пару комментариев по поводу недочетов, ибо парня потянуло в лес по дрова: можно было прийти к ответу в два раза быстрее. Похвалила, потому что пусть и окольным путем, но цели-то он достиг.
Затем прижалась к спине Паши, зацеловала лопатки и тоже заснула.
Работа идет по графику, здесь у меня все четко. И нервничаю я вовсе не из-за каверзных вопросов будущих студентов.
Сегодня я обедаю с отцом.
Мы впервые увидимся с того дня, как я ушла из-за стола на семейном празднике, демонстративно бросив вызов обоюдной ненависти к парню. Волнуюсь адски. Мы никогда с папой не ссорились. Ни разу такого не было, чтобы не разговаривали. Папа часто злился, но его нелюбовь ко всем моим кавалерам была беззлобна и даже моментами забавна, если не считать суд над Сергеем.
Но тогда мы с родными были на одной стороне баррикады. Сейчас же оказались по разные.
Папа позвонил утром, сразу после ухода Паши, и сообщил, что они в городе. Предложил пообедать.
Разумеется, я согласилась.
Ресторанчик, что выбрала, находится в семи минутах от школы. Закончив занятие, я быстро надеваю пиджак и спешу на улицу.
Паникую. Так сильно не хочется ссориться! Не хочется выбирать сторону! Часть меня вопит о том, что я предательница.
Но Паша… он ведь ни в чем не виновен. Я не могу оставить его. Просто не могу, и все. Я нужна ему.
Захожу в кафе раньше. Думала, будет пара минут, чтобы столик выбрать, воду заказать и морально подготовиться. Но папа уже ждет.
Спиной сидит ко мне. Перед ним на столе чашка капучино и телефон.
Я делаю глубокий вдох. Что ж. Мы близкие люди. Либо я смогу до отца достучаться, либо нет.
Пусть мне сопутствует удача.
