В восемь утра башни Эльдрейни зазвенели механические часы, и я с гневом приземлилась на улице. Выпрыгнув из сумки, я скрылась в белой дымке и преобразилась в человека. Покурившись вдоль изысканных арф, я окутала себя легким паром. Здесь царила не только шум стальных механизмов, но и живописный звук музыки, наполняя воздух загадочным ощущением....
Что теперь делать?
Между тем, провидец обменялся с Ниарвеном парой фраз, которые я не расслышала, и обратился ко мне:
— Кэрхильд, а ну-ка, позвольте вашу руку. И ты, мой дорогой внук, тоже!
Не мешкая, Тилен торжественно соединил наши с Альтеном руки и провозгласил:
— Перед лицом благородного альгахри белых драконов и его достойной супруги я благословляю эту пару и предрекаю им счастливое будущее вместе! Чувствую, — рыжеволосый дракон театрально поднял указательный палец, — нить, связавшую обоих! Прошу и вас, Ниарвен, дать благословение моему внуку и его прелестной возлюбленной!
Я так и раскрыла рот.
— Даю вам своё благословение, — улыбнулся альгахри, сходя с трона, чтобы обменяться с нами рукопожатиями. — После такого, Тилен, вряд ли кто-то осмелится возражать против выбора вашего благородного внука! Тем более что Кэрхильд — вторая из чудесного рода Айм, племянница дракона, спасшего академию Эльдрейни и всю Долину фей, а также очень способная молодая студентка, как я слышал от моей дорогой супруги!
И отцу Альтена оставалось только смириться.
Глава 25"
"Никогда я ещё не видела комнаты, которая была бы красивее и сияла больше, чем зала для танцев в небесном дворце. И причиной этому послужило не столько богатое убранство залы, сколько присутствие фей. Повсюду над нами воздух искрился разноцветной пыльцой, и, наверное, феи что-то сделали, чтобы от неё не хотелось чихать! Сами же они водили хороводы, порхали вокруг нас, как невероятной красоты бабочки, и щебетали так тихо и нежно, что эти звонкие голоса органично вплетались в музыку.
— Мне нравится этот медленный танец, — призналась я Альтену, пока он кружил меня по зале, приобняв за талию. Бейхе куда-то улетел, и теперь моё платье не украшала пчёлка. Впрочем, что с ней, что без неё, придворные дамы сочли мой наряд оригинальным, но безвкусным.
— Да, моя тёмная любовь, и вы делаете всё точь-в-точь по книжке, — Альтен засмеялся, отступая, и мы взялись за руки; улыбнувшись ему и стараясь делать маленькие шажки так грациозно, как это было возможно, я посмотрела на маму и папу. Они тоже о чём-то говорили, а затем переглянулись с Анией и Риком, которые со скучающим видом танцевали неподалёку.
